Продолжение. Начало тут
Всё разрушилось в День города. Они заранее договорились пойти на вечерние гуляния вместе, на этот раз втроём: Вера, Андрей и выздоровевший Гриша. Ребёнок очень любил праздничные фейерверки, и лишать его этой радости женщина не хотела. Андрей не возражал, хотя и особого рвения не проявил. Просто принял как данность, и всё.
Они встретились в парке в центре города, недалеко от того места, где было лучше всего видно салюты. Гриша увлечённо грыз мороженое, которого ему долго не разрешали из-за болезней, а потому не сразу задал тот самый вопрос, ударивший Веру прямо в солнечное сплетение:
- Мама, а с кем ты всё время разговариваешь? Ты ведь даже телефон в руке не держишь.
- Что? – не поняла Вера. – Что значит, с кем я говорю?
Гришка поймал губами убегающие капли уже подтаявшего десерта и невнятно пробурчал:
- Мы идём вдвоём, но ты говоришь не со мной, а с кем-то ещё. С кем? С нами же никто рядом не идёт. Ты по гарнитуре с кем-то разговариваешь, да? С папой?
Вера резко остановилась, перевела взгляд направо, на сына, потом налево, где с выжидающим видом стоял Андрей.
- Эээ… Нет, Гриш, не с папой, - осторожно ответила она.
Андрей улыбался и молчал.
- А с кем тогда?
Она внимательно вгляделась в лицо мужчины и обомлела. Только сейчас она поняла, что так выглядела бы она сама, если бы была противоположного пола. На неё смотрел её брат-близнец.
И сквозь него просвечивали яркие пятна цветов на клумбе.
- Эээ… Да так, - медленно, еле выдавливая из себя слова, выговорила Вера. – Это я так, мысли вслух…
Андрей улыбался и таял на глазах. Она сморгнула – и его не стало рядом. Остались только она сама и измазанный в мороженом ребёнок.
- Гриш, ну что ты так неаккуратно? - автоматически пожурила она. – Давай вытрем тебя, а то мухи налетят и утащат.
Мальчик не спорил. Мать сосредоточила всё своё внимание на нём, и ему этого было достаточно. Она не разговаривала ни с кем, кроме него. Никого другого в её мире сейчас не было, и это наполняло его счастьем. Пусть ворчит, пусть ругается, но только будет рядом, с ним.
Андрей приходил ещё несколько раз. Когда она шла на работу и потом домой, после тяжелого дня. Такой реальный призрак, порождение её слабости, её потребности быть нужной, любимой, окружённой заботой. Она больше не могла воспринимать его как реального человека, и он таким и выглядел – лишь призраком, миражом, фантомом.
А потом и вовсе ушёл, навсегда, чтобы больше уже никогда не вернуться.
В то лето Вера сошла с ума. Чтобы войти в него с другого хода, обновлённой. Ещё пока не сильной, но уже накапливающей эту силу. И иногда грустящей о том, что в реальном мире такого Андрея нет и никогда не было.
Хотя кто знает…