Да, меня... Конечно, я... Да, я... Конечно, дома... "Вызываю. Отвечайте..." Здравствуй, это я..."
Владимир Высоцкий "07"
В ленте увидел фото Штирлица (Тихонова) и подпись: "Что вы можете знать об удалёнке?!?" Замер ненадолго.
Стал вспоминать, как на рассвете своей блогерской деятельности в 2007 году написал статью о фильме "Семнадцать мгновений весны" и герое Штирлице, агенте-нелегале. Статья сложилась из двух моих тогдашних жизненных "погружений". С одной стороны, я начинал проект (realmir.ru), связанный с системой рукопашного боя, разработанной специально для агентов-нелегалов, каковую систему мы продвигали в среду бизнесменов. С другой стороны, я перед этим проектом закончил свою кувейтско-саудийскую одиссею. Длилась она полтора года. Я уезжал в Кувейт на месяц, а то и полтора. Возвращался домой на неделю две и снова уезжал. Жил я там один в гостинице. Утром выезжал на об,екты (контролировал ведение работ), иногда заезжал в головной офис на какой-нибудь важный "митинг" и снова в гостиницу, которая небольшим садиком выходила на набережную Персидского залива (арабы этот залив называли "Арабским морем"). В гостинице начиналась работа по анализу, предоставленных документов и цифр. Цель была одна, - выяснить на чем у нас "пиз...ят" деньги и кто. Понятно, выполняя подобную миссию, друзей я в Кувейте не имел. Хотя там была небольшая группа русскоговорящих операторов бурильных машин. Общения на родном языке практически не было. Да и вообще живого общения было мало. Спасала ip-телефония (2005-2006 годы). Связь с большой землёй. С семьёй. С друзьями. С непосредственным начальством. Это были моменты отдохновения. Максимум час, два в день... А дальше тишина цифр и документов, ну и тишина индусского английского языка обслуживающего персонала, иногда арабов заказчиков. Из всех развлечений, покататься на авто по городу или выехать "на природу", в пустыню. А вечером, после захода солнца, выйти на прогулку по набережной (днём, естественно, гулять не возможно, ибо 50 градусов в тени). И вот ты идёшь, как заведённый, смотришь на гуляющие, отдыхающие, кушающие семьи арабов. Никак в увиденное эмоционально не погружаясь, поскольку все это совсем чужая для тебя культура. А люди, учитывая наши сложные отношения с заказчиками, не просто чужие, а чуждые. И ты один. И нет у тебя никакой, даже теоретической, возможности зайти к кому-нибудь в гости, с кем бы ты мог поговорить за рюмочкой, другой о том, как все это... "не просто" для тебя. Но, ни в Кувейте, ни в Саудии нет ни знакомых гостей, ни рюмочки, ни разговора по душам.
И все, что тебе остаётся, это остановиться во время такой прогулки по набережной, сесть на берегу залива и глядя куда-то в даль, в ту сторону, где тебе кажется находиться дом (позже выясниться, что в той стороне был только Иран), и тихонечко запеть...
"Я прошу, хоть ненадолго,
Боль моя, ты покинь меня.
Облаком, сизым облаком
Ты полети к родному дому,
Отсюда к родному дому.
Берег мой, покажись вдали
Краешком, тонкой линией.
Берег мой, берег ласковый,
Ах, до тебя, родной, доплыть бы,
Доплыть бы хотя б когда-нибудь..."
Вспомнить Штирлица, когда он сидит на опушке леса у дороги в конце фильма, и ехать ему обратно в Берлин. Так и мне на 30 или 45 дней ничего другого не оставалось, как возвращаться в гостиницу "Резоят", в свой одинокий номер к документам и тишине. И просто жить, пока не наступит время возвращаться домой. Ждать этот день возвращения и верить в него.
