Сегодня, находясь на карантине и от нечего делать, обзванивал своих знакомых и родственников. Разговариваю, значит, со своей племянницей, которая проживает в сельской местности. Болтаем о том о сём, разумеется, и о коронавирусе. Слышу, кто-то вклинивается – басовитый мужской голос. Племянница просит меня чуть подождать, чтобы продолжить наш разговор. Голос о чём-то спрашивает, племянница ему отвечает.
- Вон там, - говорит она, - на полочке лежат. В целлофановом пакете. Тебе сколько?
- Две. Мне да Витьке.
- Возьми. Только потом принеси – я постираю да сушить повешу. А то бросишь где-нибудь во дворе.
- Слушаю, - вскоре раздаётся в трубке её голос.
- Кто там приходил? - спрашиваю.
- Да Толик приходил, - отвечает племянница, - маски просил. Я тут сшила из марли десять штук. Тебе привет передавал, дрова они с Витькой во дворе колют. Вчера пилили, а сегодня поколоть надо да в поленницу сложить.
Толик - это её муж, а Витька – сын
- Зачем,- с удивлением спрашиваю я, - им маски?!
- Мэр наш поселковый мимо проходил, - отвечает племянница, - заглянул через забор. «Почему без масок? - спрашивает. - Обратно пойду, без масок будете - оштрафую!"
Я представил, как Толик с Витькой в масках колют во дворе дрова.
- Что ты смеёшься? – обижается племянница. - У нас тут, в поселке, строго.
- Да нормально всё, - отвечаю. - Не помешают маски. Не забудь и от меня привет Толику с Витькой передать.