Рассказ художника, прожившего в Китае много лет.
Прошло два месяца пребывания в чужой стране. Но, в отличие от службы в Советской армии на территории Чехословакии, ностальгия всё никак не наступала. Может, от занятости, может еще от чего. В международном отделе мы обещали никуда не отлучаться без разрешения дальше Линьи. Но, когда впереди три дня выходных, велик соблазн путешествия. Особенно в такой волшебный, со слов переводчицы Жанны, город, как Циндао. «Этот Линьи, где нам с вами довелось прозябать – деревня, вот Циндао – это да!» - не переставала повторять Жанна, - там такие ночные дискотеки, такие рестораны!!! «Какие там ликеры, какие кабаки» - вспомнился Аркадий Северный со своей антисоветской песней. Так, или иначе, мы поддались ее россказням. И, однажды отработав положенную трудовую неделю, решились покинуть на два дня контролируемую международным отделом территорию.
Проснувшись в шесть утра, в тайне пробрались на автовокзал и купили билеты в вожделенный город у Желтого моря. Комфортабельный лайнер, с туалетом, бортпроводниками и чайным сервисом, за три часа доставил нас в приморский город. Ничего не понимая по-китайски, как-то нашли гостиницу с названием «Нью-Йорк», забронировали два номера и отправились на освоение территории. Незаметно подошло время ужина. В поисках чего-то неожиданного, увидали парня в русской косоворотке и девушку в сарафане, с косой до пят. Естественно, удивились. Но виду не подали. Во всяком случае, нам так казалось. Но коса нас заметила. Да и парень не зря ел свой китайский рис.
«Соотечественники,- по Ельцински загорланили они,- добро пожаловать в русский ресторан!»! Если бы мы были эмигранты из России, бежали от ненавистного режима и оказались в белогвардейском Харбине, тогда наверное «Да!» были бы подвержены ностальгии, наверное зарыдали бы, проникли в теплую щелку русской территории, но сегодня, когда нет в нас ничего от родины, извините. Ну не соскучились мы по русской еде. Коса с косовороткой упорствуют: «не берите ничего. Просто зайдите. Мы сегодня только открылись. Ну поддержите нас!» Ладно, поддаемся. Садимся в импровизированный интерьер «А-ля Раша» Борщ, люля…- ну не хотим мы этого. А вот от русского пива не откажемся. Тридцать юаней за бокал! – это, как говорят в Одессе, что-то особенного! Хорошо! Раз уж пришли, давайте! Припили. Понятно, больше, если предложат, не будем. Подсела певица в русском национальном льняном наряде с кокошником, зовут Оксана. Поинтересовалась: кто такие, откуда. Посидела немного, отошла. «Значит, художники?» «Да,- подтвердили мы,- художники, педагоги» Оксана нас покинула, подошла к баянисту. Тот кивнул и растянул свою музыкальную кишку: «Миллион, миллион алых роз»… Конечно, мы растаяли. Певунья с включенным микрофоном подошла к нам, типа: «кто-то еще, кроме меня, знает эту песню?» конечно, все знали эту странную песню-легенду. Знание психологии может неплохо помочь питейному заведению. Залетные художники-педагоги растаяли и заказали еще графинчик. Певунья честно исполнила свою миссию и подсела к нам с ещё одним графином чего-то коричневого. «А это вам от заведения, рябинованая настойка» Спасибо! Выпили. Но нам, извините, пора в Нью-Йорк!
Было примерно двенадцать ночи. Перед гостиницей заманчиво мигал супермаркет «Джа ши ко». Конечно, не удержались. Зашли. Крабы. Пиво. Рыба. Коньяк. Берем всё и много. В номере: открываем пиво, разворачиваем остальное. Пиво – ладно, похоже на наше, только слабое. Крабы сварены в сахарном сиропе... рыба сладкая, коньяк сладкий ванильный… Китай, однако. Засыпаем, не сахара ахлебавшись… Алые розы Циндао, однако.