4.
Итак, до присяги оставался ещё месяц и мы, новобранцы, были в непонятном статусе — уже не гражданские, так как паспорта у нас забрали и заперли в сейфе, который находился в кабинете командира части, но ещё и не солдаты, потому как присягу мы, соответственно, не принесли и военные билеты нам не выдали.
Поэтому просто знакомились с частью, входили в ритм подъёмов и отбоев, знакомились со старослужащими и друг с другом. В течении этого месяца периодически подтягивались небольшие группы новобранцев с разных уголков Родины, учились ходить строевым шагом по плацу, занимались, если можно так сказать, физ подготовкой: бегали, подтягивались, отжимались.
Офицеры присматривались к нам. Узнавали кто откуда и чем на гражданке успел позаниматься. Двоих ребят, местных, Питерских, умевших водить машину, тут же, ещё до присяги определили в водители. Они пропадали в гараже целыми днями и лишь к отбою возвращались в расположение. Дошла очередь и до меня. Похоже прочли моё личное дело. Вызвали в штаб. Прихожу, поднимаюсь на второй этаж, в кабинет, так сказать особиста. Сидит майор.
- Проходи, присаживайся. - Говорит он, показывая на стул перед своим столом.
- Спасибо, товарищ майор, - отвечаю я, садясь на стул.
- Значит, из Москвы?
- Так точно.
- Хорошо. Почти университет окончил?
- Да, хотел вот в академический отпуск, но не успел, - с улыбкой ответил я.
- Понятно. На этом, как его... компьютере работать умеешь?
- Ну, можно сказать уверенный пользователь.
- Вот и хорошо. Значит так, завтра придёшь после завтрака в штаб, зайдёшь в бухгалтерию. Там будет сидеть Серёга. Он осенью на дембель уходит, будешь его заменять. А он тебя как раз в курс дела введёт. Понял?
- Так точно, товарищ майор. Разрешите идти?
- Иди.
Так вот меня ещё до присяги определили в штаб, в бухгалтерию, делопроизводителем.
А чем же я там занимался, в штабе то? Да ничем особенным, составлял меню на неделю, высчитывая калорийность блюд в меню. Дело в том, что калорийность строго определялась и, комбинируя разные блюда, надо было придерживаться нормативов (о том как нас кормили в части я расскажу позже), исполнял мелкие поручения офицеров, помогал на складе с учётом материальных средств или, откровенного говоря, бессовестно дрых в кабинете. Компьютер был древний, зависал постоянно, работать на нём было почти невозможно. В бухгалтерии работали гражданские служащие — очень добрые и милые женщины, которые периодически звали на чай с конфетами. Атмосфера была спокойной и даже не чувствовалось что ты в армии. Ну, пока в расположение не придёшь.
.....
5.
Наступили обычные армейские будни с подъёмами и отбоями. Один день похож на другой. Почти вся часть с утра уезжала на объекты, а я продолжал сидеть в штабе и дремать, периодически занимаясь бумажной работой. В общем жизнь шла размеренно и начинала входить во вполне приличное и приемлемое русло. Я не стану описывать бытовуху, так сказать, вроде заправки кроватей, построений, утренних и вечерних туалетов, форм одежды. Это не интересно и вы всегда можете это узнать, как на личном опыте, так и ознакомившись со специализированными материалами. Скажу лишь, что после нескольких недель, вы вливаетесь в этот ритм и живёте в нём совершенно без проблем.
Но вот, случилось то чего в общем-то я не ожидал увидеть в нашей части.
По утру, наша рота, как обычно, совершала пробежку по плацу (ну так пару кружков, чтобы проснуться и взбодриться), а пока суть да дело, мы стояли перед крыльцом, курили и ждали сержантов, которые обычно не сильно торопились.
......
Было ясное свежее утро, немного отойдя в сторону, от общей толпы, я как-то вскользь глянул на кусты, которые росли под окнами нашей казармы. Что-то мне показалось странным. Что именно? Голая пятка в кустах. Бледная голая пятка. Подойдя поближе и раздвинув кусты я увидел труп.
Парень этот пару раз попадался мне на глаза, тихий такой скромный, с четвёртого этажа, вроде как.
Тут вышли наши сержанты, я быстро подбежал к ним и доложил о случившемся. И началось...
Через двадцать минут часть была похожа на разворошённый улей. Бегали офицеры с выпученными глазами, сержанты с красными и сосредоточенными лицами а мы, рядовые, сидя в расположении, ждали дознавателей. Потому как опрашивать решили всех, поголовно. Шутка ли? Труп солдата. Да ещё и выбросившегося из окна (или ему кто-то помог?). Почему? Кто? Зачем? Вопросов много, а дознавателей двое.
Так или иначе, но вся эта некрасивая история дошла до высшего руководства в Москве, где была собрана комиссия, направленная в нашу часть. В связи с этим, всех рядовых из штаба было решено убрать (меня в том числе), ибо их место на объектах, а не в штабе с офицерами.
Объект, который мне выпал, назвался «Шушары». Название мне не понравилось сразу (что-то крысоподобное в его звучании). Появились какие-то нехорошие предчувствия, оправданные кстати. Однако, делать нечего, приказ — есть приказ.
Строился там, как я уже говорил выше, то ли завод, то ли ангар какой-то заграничной автомобильной компании, но пока там были только горы песка, лужи, строительные вагончики, поставленные друг на друга, да непонятные металлоконструкции, которые со временем должны были стать скелетом будущих помещений.
Выдали мне рабочую форму: бушлат на два размера больше, да сапоги на три размера больше. В общем выглядел я как Филлипок, передвигаться нормально не представлялось возможным, ходил и смешил всех окружающих, да я и сам не мог сдержать смеха от такого своего вида. Но вскоре случилась совсем не смешная история.
......
До сих пор не понимаю как это произошло, но вот страшная боль и хруст в левом колене. Оно как у кузнечика складывается и снова встаёт на место, в глазах потемнело от боли, кубарем лечу с оврага. На самом деле это всё в одно мгновение произошло, вы это дольше читали.
Лежу внизу, ничего не понимаю, боль адская. Ползу вверх. Вылез. Сижу, потираю колено. Смотрю на обрезок, который пытался поднять, а он оказывается длинный и глубоко в песке застрял, а так как у меня сапоги на пару размеров больше были, то я на песчаном откосе подвернул ногу. Иду еле-еле. Доковылял до вагончика как во сне.
.... гляжу на колено, а оно на глазах становится размером с небольшой кочан капусты. Тут зашёл лейтенант Царёв, который был старшим в нашей группе, и в собственно отвечал за всё что с нами могло произойти. У него глаза лезут на лоб, спрашивает что случилось и как. Я ему рассказал, выслушал от него пару ласковых, по поводу моей неуклюжести. Конечно, он понимал, что если случится серьёзная травма, то ему влетит по полной.
6.
Где-то через неделю выяснилось, что колено у меня не проходит, хотя и не так сильно болит. В санчасти мне сделали пару каких-то уколов. Каких? От чего и для чего? Я не знаю. Но, вроде, боль стала терпимей и я искренне надеялся, что всё пройдёт. Тем не менее, на стройку меня больше не отправляли, а отправили в какую-то столовую при заводе, в городе Пушкин (не путать с Пушкино в Московской области).
В мои обязанности там входило раздавать еду рабочим, мыть посуду, полы, выливать помои и быть на подхвате во время приготовления блюд. В общем тоже работа не пыльная и если бы не больное колено, то вполне себе приятное место для несения службы. Работаешь в помещении, которое чистое, отапливается, всегда рядом с едой, а не как большинство наших ребят на других объектах в холод и дождь скачут по строительным лесам и месят цемент. Никто из офицеров над тобой не стоит, которые всегда найдут чем занять солдата, если он не работает.
.....
На втором объекте я проработал недолго. Начальница столовой, видя мои муки с коленом, позвонила нашему начальнику части, подполковнику Глухарёву и сказала, что она на себя ответственность за меня брать не собирается. Пусть меня в санчасть кладут или в госпиталь отправляют, а так, хоть претензий ко мне она не имеет, как к работнику, но с таким коленом мне у неё на объекте делать нечего.
Третьего августа меня положили в нашу санчасть. Заведовал ею капитан Разумов или, как его все называли, Капитан-ракета. Почему? Об этом вы узнаете если захотите прочесть следующую главу.
Вы можете скачать электронный вариант этой книги в таких магазинах как: Ridero, Ozon, Amazon, ЛитРес, Bookmate . К тому же в Ridero и на Ozon можно заказать печатный вариант книги, по технологии print-on-demand (печать по требованию).