Моя любовь к произведениям Людмилы Евгеньевны Улицкой началась с книги «Казус Кукоцкого», а закрепилась её выступлением в лектории «Прямая речь» и сборником рассказов «Тело души».
Очень долго я писала этот отзыв, перечитывала некоторые главы, выписывала любимые фразы, раз за разом проживая такую красивую и в то же время обыденную жизнь советских людей.
Павел Алексеевич Кукоцкий - невероятная личность: настолько многогранная, что хочется войти в книгу, словно в реку, чтобы оказаться в его кабинете, налить по стопке водки и познакомиться с ним в более неформальной обстановке.
Эта книга перевернула что-то очень важное во мне. Я словно повзрослела после неё. И до этого, хочется верить, о многом догадывалась в этой жизни, но после...
Она переворачивает душу, выворачивает её наизнанку, очищает зерна от плевел, открывает глаза и снимает маски.
«Он знал, что Елена не была хорошей хозяйкой, и это ее старание ничего не забыть, все успеть, умиляло Павла Алексеевича. Достоинства жены восхищали его, а недостатки умиляли.»
Так трепетно главный герой относится к своей возлюбленной.
В книге описывается не только материальный мир, но и мир метаморфоз.
Вишенкой на торте становится вплетенный в сюжет сюрреализм, выдающий ещё больше правды, подчеркивающий одновременно логику и абсурдность жизни.
«– Я прежде думал, глупость не грех, а несчастье. Теперь переменил мысли. Глупость – большой грех, потому что содержит в себе самоуверенность, то есть гордыню.»
Очень рекомендую. Мне кажется, это одна из книг, которую должен прочесть каждый хоть раз в жизни.
Вот ещё пара цитат из книги, которые мне особенно понравились:
💚 «Но я хотела рассказать про другое – вот еще картинка раннего детства: сижу за большим столом, передо мной огромные тазы с малиной. Каждая ягода чуть ли не с яйцо. Я выдергиваю из середки ягоды толстый белый стержень, складываю в большую чашку, ягоды бросаю в ведро, как что-то негодное, как мусор. А ценность представляют именно эти белые несъедобные сердцевинки. Малиной пахнет так сильно, что, кажется, весь воздух слегка окрашен ее красно-синим сиянием… Какая-то трудная и серьезная мысль во мне ворочается о том, что самое важное может казаться другим мусором и отходами.»
💚 «А Длинноволосого почти и не было. Он весь был растворен в музыке, он сам был музыкой, и от всего его существа остался лишь единственный кристалл, пригодный только для того, чтобы осознавать совершающееся чудо, оставалась лишь одна точка – острого наслаждения, перед которым все яркие земные радости оказались даже не прообразом совершенного счастья, а похабным обманом, вроде надувной женщины с пахнущим резиной отверстием…»
💚 «Словом, чувство русской метафизической тоски, которая пробилась, как травка на весенней помойке, после разрешительного Двадцатого съезда…»
💚 «Он стоял за спиной Валентины Ивановны. Его особое зрение включилось само собой, и он видел уже не операционное поле, над которым трудилась Валентина Ивановна, а все целиком женское тело, редкой стройности и легкости позвоночник, узковатую грудную клетку с тонкими ребрами, несколько выше обычного расположенной диафрагмой, медленно сокращающееся сердце, освещенное бледно-зеленым, согласно с мышцей бьющимся прозрачным пламенем.»