В январе «Самарская газета» обратилась к читателям: если в ваших семейных архивах сохранились письма с фронта, фотографии военных лет, дневники — сообщите в редакцию. Начали приходить отклики. Их становится все больше и больше. В семьях, где десятилетиями бережно хранят эти свидетельства войны, они своего рода святыня.
Жительница Самары Татьяна Комракова месяц назад принесла в нашу редакцию несколько фронтовых писем. Их писала домой ее тетя Мария — военврач, прошедшая всю войну. О ней мы рассказывали в одном из февральских выпусков газеты. Но среди весточек, до сего дня хранящихся в семейном архиве, есть одно подробное, на четырех страницах, письмо от дяди — Бориса Комракова. Он писал его сестре Марии. Со своего Ленинградского фронта на ее Карельский. Дата под письмом — 14 августа 1942 года.
Война поменяла сценарий
Вот выдержки из письма.
«Милая Маруся! Есть свободная минута, и мне сообщили твой адрес.
Начало войны меня застало в Таллине, куда я был командирован по службе. В этой командировке мне предстояло объехать все столицы и другие города прибалтийских республик — Таллин, Тарту, Ригу, Каунас, Вильнюс. Задача — знакомство с рентгеновской аппаратурой и, в частности, рентгенотрубками. За этим должна была осуществиться поездка в США.
Но пакостное и вероломное нападение фашистов все опрокинуло, и 26 июня я вернулся в Ленинград. 3 июля вступил в армию добровольцем.
В настоящее время я — командир батареи, защищающей любимый и ставший мне родным город Ленина. Пережито, Маруся, за этот год столько, сколько обычно переживается за десятки лет: и холод, и голод, и всяческие другие лишения. Но самая большая для меня утрата — смерть отца. Получив известие о его смерти (а умер он на заводе, где и я работал), я пешком пришел на завод, сам смастерил санки, гроб, привез домой, а потом сам похоронил. Мороз стоял 30 — 36 градусов.
После этого я уговорил мамашу и Орика эвакуироваться куда-нибудь вглубь страны (или, как у нас говорят, «на Большую землю»). 14 февраля мне удалось их отправить, и только 20 — 22 апреля они добрались до города Санчурск Кировской области, примерно в 200 — 250 км от Йошкар-Олы на север. В настоящее время К.Н. заведует колхозными яслями, а Орик «заготовляет дрова на зиму». Его, наверное, скоро возьмут в армию.
Уезжая, они взяли не очень много вещей. Квартиру в Озерках бросили на Музу. Там удалось сохранить только рояль, саксофон и еще кое-что из носильного. В настоящее время в нашей бывшей квартире расположился детский сад, так что когда мне приходится попадать в Ленинград, скитаюсь по друзьям и знакомым.
Ленинград сейчас выглядит несравненно лучше, чем зимой: ходят трамваи, почти совсем прекратились налеты авиации и артобстрелы. И только напряженные и озабоченные лица, отдаленная канонада, закутанные памятники и витрины напоминают о суровых днях, которые переживают ленинградцы.
Я пока жив и здоров. В госпитале лежал по случаю удаления аппендикса. Грустно и смешно. Грустно — потому что приступ был тяжелый, операция делалась при свете фонаря «летучая мышь», и наркоза хватило только до половины, сшивали без него. Смешно же — потому что все это я видел через дырку простыни в зеркало люстры. Самое главное, что после месячного валяния в постели и осложнений все кончилось благополучно, и теперь об этой парадоксальной операции напоминает лишь громадный шрам.
Ну вот и все. Пиши, Маруся, о себе. Как ты служишь, воюешь?»
От Пулковских высот до Берлина
— Дядя Борис был 1913 года рождения, до войны работал инженером, — рассказывает Татьяна Комракова. — Он прошел фронтовыми дорогами от Пулковских высот до Берлина. Был ранен, контужен. Вернулся после окончания войны в Ленинград. Его командировали на партийную работу. Потом — главным инженером на завод в Саратове, затем позвали в Москву, начальником главка одного из министерств. Оттуда он и ушел на пенсию. О войне, как многие фронтовики, не любил рассказывать. Он на ответственных должностях строил послевоенную мирную жизнь, был в числе тех, кто поднимал промышленность. Рассказы об этом ему нравились намного больше.
В обобщенном банке данных Минобороны РФ «Подвиг народа» podvignaroda.ru значатся несколько фронтовиков по имени Борис Комраков 1913 года рождения. Скорее всего, «наш» — это капитан Борис Николаевич.
В РККА с 3 июля 1941 года, место призыва — Выборгский РВК, Ленинградская область, Ленинград. И рядом — выцветший наградной лист с описанием подвига командира минометной батареи, за который он был удостоен ордена Красной Звезды.