Введение
Как в рамках консервативного движения так и среди либертарианцев одной из важнейших дискуссионных тем является вопрос об традициях и их связи с идеями государственного невмешательства. К примеру, люди, придерживающиеся, как они считают, «истинно правых» взглядов очень часто критикуют классический либерализм, апеллируя к тому, что в рамках нашей системы ценностей и мироздания нет места традициям. Более того, они свято уверены, что наше понимание свободного общества тождественно обществу без рамок и границ — моральных, этических или же каких бы то ни было других. Однако данные «консерваторы» лишь демонстрирует плохое понимание объекта своей критики — они не отличают позиции левых либералов, извративших саму суть термина «свобода», от правых классиков.
Более того, многие идеологи классического либерализма показывали, сколь важную роль подобные общественные нормы играют в рамках «расширенного порядка человеческого сотрудничества», подчеркивая их связь с рыночной экономикой. В этом плане наиболее примечательной книгой является «Пагубная самонадеянность» Фридриха Августа фон Хайека. Впрочем, данные мысли можно проследить даже и в «Возвращении невидимой руки» Дипака Лала, различных текстах иных близких к классическому либерализму публицистов (Бьюкенена мл., Милтона Фридмана, из-за чего некоторые люди и вовсе называли их «консерваторами»). К тому же, традиции можно также рассматривать и как своеобразные неформальные социальные институты, что вполне вписывается в экономическую теорию нового институционализма.
Стоит отметить, что объяснение связи рынка с традициями и моралью важно также и для демонстрации преимуществ свободной конкуренции людям, что верят в важность духовных идеалов. Ведь в таком случае классический либерализм лишь только сумеет расширить свою поддержку опираясь на здравомыслящих людей, что считают важными мораль и честность. В этом и состоит задача данной статьи — не просто критиковать другие позиции, но и показать преимущества и достоинства своей «идеальной системы». Показать, что традиции и мораль определяют экономическое развитие и его направление при рыночной системе, а не наоборот.
Если вы считаете свою систему ценностей естественной и логичной, едва ли не биологически заложенной в природу человека, то тогда важно понимать, что именно она и станет устойчивой в результате действия спонтанных порядков и взаимодействия индивидов между собой. И для ее поддержания не нужно будет внесение внешних искажений и применение воздействия со стороны государства. Именно поэтому верящие в истинность своих культурных и этических взглядов люди должны поддерживать систему, минимизирующую государственное вмешательство, как порождающее искажения и вносящее свои корректировку в процесс культурной эволюции.
Чтобы показать это, нам нужно будет ответить всего лишь на три вопроса:
— Что такое традиции и откуда они берутся?
— Зачем они нужны обществу и как влияют на рынок?
— Почему государство не может спасти традиционное общество?
Стоит также оговориться, что в качестве методологии в данной статье используется экономический империализм. Но не нужно бросаться в автора гнилыми яблоками за поддержку марксистского тезиса «экономика — базис», ведь этот левый принцип обозначает совершенно другое и называется экономическим детерминизмом.
Сущность экономического империализма заключается в том, что с использованием инструментала и терминологии экономической науки мы анализируем и прочие стороны человеческой жизни, за счет применения методологического индивидуализма и построения дедуктивных логических цепочек получая объективное знание и рассматривая взаимосвязь данных сторон жизни с экономикой (не считая, при этом, ее первоосновой всего).
Что такое традиции и откуда они берутся?
Хоть данное определение и интуитивно понятно, но объяснить и раскрыть его в полной мере за пару предложений попросту нереально. Впрочем, упрощая и абстрагируя, можно сказать, что традиция — это норма, правило или же образец поведения, своеобразный обобщенный опыт наших предков. Более того, традиция это также и особый вид знания, рассеянного по обществу. В завершение хотелось бы добавить, что традиции не являются рационально сконструированными и навязанными сверху — в их основе лежит личный опыт индивидуумов, приобретенный в ходе взаимодействия ими как друг с другом, так и с природой. Они зарождаются внутри общества. Конечно же в отдельных случаях государство может как либо повлиять на культурный фон, но даже это воздействие будет крайне сильно искажено и изменено людьми в ходе их взаимодействия. Ярким примером этого могут служить провалы конструирования «нового советского человека» в СССР. Также примечателен и взгляд Хайека на происхождение ценностей — согласно его мнению, их существование обосновано тремя причинами: они биологически «унаследованы», культурно «опробованы» и лишь в последнюю очередь и с наименьшим влиянием рационально «спланированы».
Возвращаясь к изначальной теме статьи — из данных общих определений можно прийти к множеству различных выводов. Во-первых, сами по себе традиции являются своего рода продуктом рынка. Естественно рынок тут подразумевается не в его строго экономическом понимании— так, для осознания истинного значения данного термина, необходимо обратиться к великому экономисту Милтону Фридману:
Понимаемый буквально, рынок — это просто контакты между людьми, осуществляемые в специальном месте и в определенное время, причем целью этих контактов является совершение сделок. Излишне пояснять, что слова «контакты» и «место» часто нужно понимать расширительно — рынок не предполагает в качестве непременного условия непосредственные встречи людей друг с другом. Сегодня существует, например, такое явление, как международный валютный рынок, который охватывает весь мир. Люди вступают в контакт, используя спутниковую связь, телефоны и другие технологические средства. Более того, рыночные сделки не исчерпываются такими контрактами, в которых фигурируют деньги, имеет место продажа или покупка. Ученые, которые сотрудничают между собой, развивая свои науки, будь то физика, химия, экономика или астрономия, тоже вступают в своеобразные сделки. Их рынком являются соответствующие научные журналы, конференции и т.п.
В таком случае процесс формирования традиций можно рассматривать, как существование своеобразного «рынка» общественных норм и добровольных регуляций — люди в его рамках, зачастую спонтанно и непроизвольно, вступают между собой в сделки, начиная обоюдно придерживаться определенных образцов поведения и правил. Самим же «рынком» (в значении места для совершения сделок) в данном случае является территория, на которой будут проживать взаимодействующие друг с другом люди — к примеру государство или же культурный регион. Тем не менее, государство вполне может регулировать данный рынок — за счет цензуры, «позитивной» дискриминации и применения своих судебных и законодательных преимуществ. Но, как и любое иное регулирование, оно сопряжено с издержками, может обходиться и не далеко не эффективно, хоть и влияет на конечный результат человеческой деятельности.
Зачем они нужны обществу и как влияют на рынок?
Если традиции являются «рыночным продуктом», то логично предположить, что у них есть своеобразное конкретное применение — ведь маловероятно, что люди стали бы добровольно поддерживать тех норм, что наносят им вред. Ответом на этот вопрос может быть следующее объяснение. Традиции помогают снизить социальное напряжение и нагрузку на общественную ткань, формирует здравое общество, основанное на взаимоуважении, честности и морали. Неограниченность выливается не в хаос и анархию, не в вседозволенность и бесстыдство, но в мир, где традиции становятся своеобразным общественным регулятором, разграничителем свободы и рамок общественной нормы. Они формируют негосударственные «границы свободы». К тому же, являясь обобщенным опытом предков, они содержат в себе практическую мудрость предыдущих поколений, являются результатом эволюционного культурного отбора, становясь устойчивыми и долговечными лишь после множества проб и ошибок.
Более того, традиции и мораль и являются теми самыми правилами, что, зачастую, и определяют вектор и направление развития общества, построенного на основе свободы. Для понимания этого феномена необходимо обратиться к книге Фридриха Августа фон Хайека «Пагубная самонадеянность»:
В этой книге говорится о том, что возникновение нашей цивилизации и сохранение ее в дальнейшем зависят от феномена, который можно точнее всего определить как "расширенный порядок человеческого сотрудничества" — порядок, чаще именуемый, хотя и не вполне удачно, капитализмом. Для понимания нашей цивилизации необходимо уяснить, что этот расширенный порядок сложился не в результате воплощения сознательного замысла или намерения человека, а спонтанно: он возник из непреднамеренного следования определенным традиционным и, главным образом, моральным практикам (practices). Ко многим из них люди испытывают неприязнь, осознать их важность они обычно не в состоянии, доказать их ценность неспособны. Тем не менее, эти обычаи довольно быстро распространились благодаря действию эволюционного отбора, обеспечивающего, как оказалось, опережающий рост численности и богатства именно тех групп, что следовали им. Неохотное, вынужденное, даже болезненное привитие таких практик удерживало подобные группы вместе, облегчало им доступ ко всякого рода ценной информации и позволяло "плодиться и размножаться, и наполнять землю, и обладать ею" (Бытие, 1:28). Данный процесс остается, по-видимому, наименее понятой и оцененной гранью человеческой эволюции.
Обращаясь к их связи со свободной экономикой, можно сказать, что зачастую именно традиции влияют на ее развитие, определяют результат человеческого взаимодействия на рынке. Ничего удивительного в этом нет. По сути, традиции отчасти и формируют человеческие предпочтения, критерии полезности, относительно которых и выстраивается экономическая система общества — ведь предприниматели стремятся удовлетворить потребности населения. Спрос определяет предложение, а традиции во многом и определяют спрос. Именно поэтому мы можем утверждать, что если общество будет заинтересовано в сохранении традиционной культуры, будет верно своим высокодуховным идеалам, то свободный рынок лишь будет способствовать экстраполированию данных принципов на экономическую ситуацию.
Стоит отметить, что данные утверждения подтверждает и история. Так, куда более экономически свободные общества XVIII, XIX и начала XX веков также были и значительно более традиционными, по сравнению с нынешним временем. Более того, подобное смещение культуры влево во многом было вызвано и совпадало с постепенным ростом вмешательства государства в различные области человеческой жизни в XX веке, что искажало как процесс культурной эволюции (но не окончательно подчинило его государству, ведь все еще живы многие полезные традиции прошлого), так и влияло на экономическую ситуацию.
Почему государство не может спасти традиционное общество?
Более того, как бы парадоксально это не звучало, именно следование идеям свободы является самым логичным и естественным отношением к традиции. Чтобы понять это нужно вспомнить столь часто вспоминаемую «правыми» цитату Густава Малера:
«Традиция — это передача Огня, а не поклонение пеплу».
Если традиция является результатом взаимодействия индивидов между собой и формируется спонтанно, если структура данных общественных норм крайне сложна и близка к понятию «рассеянного знания», то почему многие традиционалисты считают, что будто бы разделять «огонь» и «пепел» должно государство, а не истинно обладающие данным знанием индивиды, которые, к тому же, его и формируют? Ведь, пытаясь выделить и «синтезировать» традиции, государство столкнется с проблемами, частично схожими с калькуляционным аргументом в его трактовке Хайеком — структура традиции, как формы общественного знания, крайне сложна и не может быть собрана без искажений. Более того, ее нереально закрепить на бумаге, в виде каких бы то ни было законов или правовых норм, ведь зачастую осознание и поддержка человеком традиции лежит в плоскости человеческой психологии. Зачастую она основана на их интуитивном понимании и осознании, но никак не следованию некой мифической «методичке истинного традиционалиста».
Никто не может вывести идеальную формулу истинно русского человека. Никто не может синтезировать эссенцию традиционности и праведности. Причина этого проста: изначально традиции — продукт человеческого взаимодействия. Это не рационально сконструированная и насаженная сверху система — и именно поэтому она и не поддается адекватному контролю сверху, именно поэтому государство не может собрать знание о традиционных нормах в полном объеме, именно поэтому классический либерализм является даже более близким к понятию традиции, чем различные этатисты.
Процесс же передачи огня и отделения его от пепла в свободном обществе происходит сам собой в рамках взаимодействия индивидов — при помощи спонтанных порядок, в результате «культурной эволюции», развития на основе уже существующих и действующих норм. Да, некоторые устаревающие и становящиеся неэффективными нормы с легкостью могут исчезнуть и стать «пеплом» — никто не утверждает, что классический либерализм это возврат в средневековье. Однако наиболее важные, являющиеся своеобразной квинтэссенция опыта предков обычаи выживут.
По сути, именно подобное состояние общества и можно назвать естественным.
Автор статьи: Всеволод Лобецкий
Список литературы:
1) Фридрих Август фон Хайек — «Пагубная Самонадеянность»
2) Edward Feser — Hayek on Tradition
3) Дипак Лал — «Возвращение невидимой руки»