Начало: Мачеха – не родная мать, разг. : то, что жестоко, враждебно к кому-либо (толковый словарь)
Когда сталкиваешься в жизни с сиротством маленького человечка – жалость захлестывает. Хочется прижать его к себе и не отпускать.
Проблемы, сложности, усталость, в иные моменты отчаяние – это потом, а сначала все в розовом свете, все стараются, привыкают к новому члену семьи. И он такой ласковый, послушный.
Феде, назовем его так, выделили комнату в нашем большом доме. В первые дни он не переставал нас удивлять. Его австрийская кровь, доставшаяся от прапрадеда, пленного солдата, прижившегося в России после 1 мировой войны, эта кровь теперь уже крепко сдобренная русской, украинской, а может и еще чьей-то, требовала, чтобы он везде, где находился, создавал порядок и уют, обустраивая быт, как мог в силу своего возраста. В 4 года он вытирал пыль в своей комнате, ставил на стол цветочки в вазочку, складывал вещички ровной стопочкой, и первое время почему-то не ставил обувь в коридоре, а заносил к себе.
Позднее его не надо было просить отремонтировать крыльцо, приделать ручку к ведру, что-то заштукатурить, что-то починить. Ему даже не надо было об этом говорить, он видел это сам и делал все незаметно, без суеты, ловко, как бы мимоходом. И потом, будучи уже взрослым и приезжая ко мне в гости, он что-то чинил, ремонтировал, строил.
Сейчас мы видимся редко. Он живет теперь в другой стране, которая была когда-то нашей общей Родиной, и приехать оттуда сложно и дорого.
Но если отмотать назад и вспомнить те годы, что я растила его, то, конечно, всего пережитого мной и детьми не пожелаешь и злейшему врагу, слишком жестоко. Очень быстро освоившись в чужом доме, он стал совсем неуправляемым: прыгал на спины домочадцам и гостям, кидал со второго на первый этаж все, что попадется под руку: утюг, игрушечную швейную машину, детский стульчик, стараясь попасть в тех, кто шел по коридору. Все это вызывало в нем веселье и какой-то дикий хохот.
Его забавляла подскользнувшаяся старушка, раскуроченная игрушка – все, что должно вызывать сожаление и сострадание.
Тяжелый рахит, с которым он к нам пришел, вдруг сменился неконтролируемым обжорством и ожирением. Он ел, его рвало, он снова ел, давился, прятал еду под подушку на ночь. Пришлось ехать в город, к врачу. Сказали – неизлечимо! Нужно в специализированный интернат. Ошиблись!
Два года питание строго по норме, два года его истерик, объеденный с листьями до голых веток крыжовник, оптом съеденная и вытоптанная виктория…..всего не расскажешь.
Пропалывая грядки, мы исправляли дефект речи, добавляя по букве в каждом слове. Никогда не забуду, как трудно досталось нам слово «мальчики». Его мы учились выговаривать месяц.
Так или иначе, но в школу Федя пошел вполне стройным мальчиком. Я даже не помню, в какой момент мы перестали закрывать продукты, а он совершенно нормально стал есть. Я научила его говорить, потом читать, а потом начались школьные будни: постоянные жалобы учителей на Федино отвратительное поведение, учение стихов до двух ночи. Он не понимал стихов, переставляя произвольно слова и вообще, школьных предметов он не понимал. Это сейчас, если ребенок вдруг не усваивает программу, его отправляют на мед.пед. комиссию и вот он уже со справкой. А тогда об этом речи не было. За все 8 лет школьной каторги ни один учитель не сказал мне, что Федя слабоумный. Впервые открыто я услышала это в военкомате, когда пришла просить, чтобы Федю взяли в армию. Мне казалось, что армия даже времен перестройки, может положительно на него повлиять, остановить пьянки, приходы домой глубокой ночью. Но медкомиссию он не прошел.
В 16 лет Федя влюбился в девочку из очень пьющей семьи. Он приходил оттуда в подпитии и на мои возмущения говорил, что ему там хорошо, там вообще здорово, ничего плохого нет в том, что кто-то выпивает.
Теперь я думаю, может людям, которые живут ненормально в нашем понимании на самом деле так жить хорошо и удобно, а по-нашему, общепринятому, плохо и трудно.
Продолжение: Яблоко от яблоньки не далеко падает (народная мудрость)