Мы стоим на дороге посреди пустыни, позади Аральск с его кораблями а также Узбекистан и Таджикистан.
Солнце перевалило во вторую половину дня, и температура воздуха упала до +40.
После месяца путешествий автостопом по Средней Азии организм, на удивление, неплохо чувствует себя при таком климате. Хватает сил подвигаться с ребенком, и даже потыкать лопаткой пустыню, которая здесь везде, до самого горизонта.
Арсений, который адаптировался гораздо быстрее нас, с увлечением играет в искателя воды - бегает по пескам с пустой пятилитровкой.
Мы вяло спорим, о том, какой марки автомобиль нам сейчас остановится. Рома уверен, что снова будет "крузак". Я, в качестве исключения, надеюсь на "лэнд ровер"
Как ни странно, я почти выигрываю. Наш водитель немногословен и не очень хорошо знает русский язык, поэтому улыбается и молчит. Неловкую ситуацию сглаживает кондиционер.
Примерно, через час нашей комфортабельной езды, останавливаемся. Нас просят выходить следом. У обочины крытый топчан с кучей детей. Водитель перекидывается парой слов с мужчиной, после чего нас приглашают за деревяный стол. За ним бахча и здесь нас угостят самыми вкусными дынями.
Особенно мне запомнился сорт, по вкусу напоминающий нечто среднее между дыней и печеньем или бисквитом. Водитель стоял за столом и, отрезая сочные душистые кусочки, поочередно протягивал то мне, то Роме, а то что оставалось - доедал сам. Молчал и улыбался. В такие моменты всегда чувствуешь, что гость и это определенный статус, который предполагает определенное отношение. И ничего с этим поделать нельзя. И это, почему-то, приятно.
Солнце клонилось к закату, коровки привязанные рядом, доедали наши огрызки, продавец дынь пробовал сфоткать нас на наш фотоаппарат, Сенька баловался с дынями. Водитель покупал в дорогу маленькие, невероятно душистые дыньки. Если подержать их, то запах дыни останется и на руках и на одежде. Такие к нам в Россию не попадают т.к. портятся уже через три дня.
Пока ехали дальше меня снова стал беспокоить зуб мудрости, который я просто не успела удалить перед поездкой. Судорожно кладу кусочек обезболивающего в зуб и стараюсь не двигаться.
Пить таблетки все равно нем могу - контроль за молочной кухней ведет Сенька.
Мечтая побыстрее добраться до России и завалится в первую попавшуюся клинику, слушаю Рому. Впереди у нас город Туркестан и Рома вспоминает, как он был там давно и что там, на удивление, красиво. Наш водитель оживляется и сообщает, что сам он из Туркестана и направляется туда же, а еще, что это один из древнейших городов Казахстана.
После недолгого спора я убеждаю Рому, что нам лучше не останавливаться в городе. Время уже к вечеру, а еще необходимо найти ночлег и еду, и желательно, чтобы все это было недорого. Ну а чтобы выбраться из города утром, нужно будет потратить кучу времени и денег. И первое и второе было на исходе.
Просим водителя оставить нас, по возможности, ближе к окраине города, тот молча кивает. Сквозь тонированное стекло, с сожалением, подмечаю чистый компактный городок, с уютными улицами, по которым хочется неспешно гулять вечерами.
Наш "лэндровер" выруливает на главную площадь и останавливается у высокого здания. Водитель снова просит следовать за ним. Мы входим в просторный холл, и у стойки администратора он просит двухместный номер на ночь. На все наши категорические просьбы этого не делать, следует искренне удивленный и краткий ответ - "Гости же.
Затем вручает нам ключи и дыни, желает успешно посмотреть город и, под наши ошалевшие взгляды, поигрывая ключами, неспешно удаляется в закат.
Любому путешественнику по жарким странам будет ясно, какое блаженство, после дня пути, приносят обычный душ и кондиционер.
Ну а бонусом служил маленький холодильник, в который мы сразу закидали наши подарочные дыни. Потому как есть их лучше всего утром и холодными.
Со всей ответственностью понимая, для чего нам сделали такой подарок, мы переодеваемся в свежее белье и идем гулять по вечернему Туркестану.
Конечно, попадаем в самую движуху.
Работают и светятся фонтаны, открываются кафешки, сувенирные лавки. Торговцы попкорном, мороженным и многочисленными китайскими фонариками и мыльными пузырями спекулируют на детском внимании. Но мы идем, пожалуй, к главной достопримечательности города, которую видно из далека, к мавзолею Ходжи Ахмеда Ясави.
То был суфийский поэт, а сам мавзолей был построен много лет спустя по приказу Тамерлана.
Казалось бы, после Самарканда, нас трудно удивить древними мечетями, но масштаб купола этого мавзолея поражает. А для того чтобы окинуть взглядом входной портал, приходилось запрокидывать голову так, что она касалась плеч и отклоняться назад всем телом.
На верхних деревянных балках сидело множество птиц, они клекотали и перелетали с балки на балку.
Нам так и не удалось нормально сфотографировать это сооружение - ничего не влезало в кадр!
Вокруг располагалось еще некоторое количество мавзолеев, образую целый мемориальный комплекс.
Туркестан ведь является еще и местом паломничества множества людей. Можно было посмотреть древнюю баню и келью, где жил Ясави.
А еще подземный дом для размышлений. Но привлекало совсем не это.
А, как бы, отсутствие признаков твоего времени вокруг.
Вдалеке не было видно домов - высоток и различных вышек, не было видно припаркованных машин поблизости, не видно и не слышно было рекламы, не слышно шума дороги, на территории комплекса не было торговцев всякой всячиной, как не было подробных указателей куда идти и что делать.
Возле каждого важного камушка не было загородительного стекла с подсветкой. Ни турникетов, ни касс, ни будок охраны, ни кабинок биотуалетов, ни селфипалок. Даже фонарей толком не было. Наверное, если не ограничивать древность такими производными современности, ее можно прочувствовать настоящему.
Все свободное пространство было засажено розовыми кустами и в душной тишине пахло розами. Вокруг было так много глубокой древности, что казалось, будто она концентрируется вокруг тебя.
Очень странно осознавать, что вас разделяют столетия и целые эпохи, но ты все равно можешь потрогать историю руками. Так мы гуляли до самой темноты, а утром я не смогла позавтракать.
Боль была такая, какую поймет только тот, у кого болели зубы. Было ясно, что до России мне не дожить, а так как Туркестан был последним большим городом на нашем пути, было принято решение о поиске спасительной стоматологии.
Табличек и вывесок с надписью "Стоматология" было больше, чем достаточно. Прихожие таких частных кабинетов были увешаны разнообразными сертификатами и грамотами буквально до плинтусов. И это совсем не внушало доверия. Сами кабинеты, насколько мы смогли рассмотреть через окна, больше напоминали рабочий кабинет доктора Менгеле, которому не хватает финансирования.
Возле очередного кабинета, пока местные отзывчивые местные жители,по нашей просьбе, пробовали дозвониться до стоматолога, Рома бегал за Сенькой, а я отползала в тень и мечтала о хорошей дозе обезболивающего, один парень предложил подвезти до зубного кабинета. Мне было уже все равно. Надо отметить, что на такой жаре зубная боль переносится намного хуже. Меня подташнивало, перед глазами расплывались зеленые круги. Нас привезли в подобие местной поликлиники, с регистратурой и несколькими кабинетами, все они были стоматологические. В нос ударил едкий больничный запах, из кабинетов доносился характерный, знакомый каждому, звук бормашины.
Медсестра подошла к нам и выслушав, провела меня в кабинет на кресло и ушла за врачом. Вошел совсем молодой хирург и медсестра охарактеризовала ситуацию одним емким словом - "Гости".
Меня осмотрели, сообщили, что это не сложное удаление и назвали цену. Они могли назвать любую цену, и я бы согласилась. У нас все равно не было выбора. Пока врач ходил за инструментом, я осмотрелась. Сидела я на старом советском кресле с ободранными до мяса подлокотниками. В кабинете помимо него стоял столик, видимо, для обеззараживания и маленькая этажерка с несколькими пузырьками антикварного типа, в которых стояли йод с зеленкой, пара бинтов и вата. И все. Еще были решетки на окнах.
Вошел хирург и медсестра с железным изогнутым судочком, советского типа, на которых противной краской пишут назначение, и достал огромный шприц. Железный огромный шприц. Такие еще кипятят, а внутрь вставляется ампула с лекарством. Я видела такие в старых фильмах ужасов. На мои дикие глаза успокоительно ответил, что больно не будет и уточнил про аллергию. Мне делают, действительно,не болючий укол и уходят на 10 минут.
Вопреки моим надеждам, у меня совсем не деревенеет пол лица, и я вполне себе чувствую десну. Чтобы отвлечься, смотрю фотки на фотоаппарате, руки медленно потеют.
Снова входит хирург с медсестрой и меня просят открыть рот. Я в панике сообщаю, что чувствую десну и вообще боюсь. Но доктор, спокойный, как уда, уверяет, что заморозка подействовала и я "стопроцентов" ничего не почувствую. И достает стамеску. Маленькую черную стамеску. И я действительно ничего не чувствую, для меня до сих пор загадка, что можно делать во рту стамеской?
Поковырявшись этим незамысловатым предметом, мой хирург достает другой, и я понимаю, почему ободраны подлокотники у кресла. Это огромные старомодные клещи. К ним идеально подходит железный шприц и я судорожно вздыхаю. Чувствую, как медсестра прижимает ладони к моей голове, чтоб не дергалась.
Перед поездкой я все таки успела удалить один зуб мудрости и свежие воспоминания всплывают в памяти. С ностальгией припоминаю, как меня усаживают в удобное кресло, крепят сменные слюнявчики, рядом столики с кучей импортной лабуды и врачи разговаривают с тобой дружелюбно, как с умственно отсталым ребенком.
Розовой водичкой просят полоскать рот,а медсестра, услужливо, вытирает тебе слюни. Анестезия действует на полголовы и врач, в буквальном смысле слова, выдирает тебе зуб, не особо заботясь о технике. Потом тебе чистят ранку, иногда кладут внутрь обеззараживающую мазь и подшивают растворимыми нитками. Этот кратер во рту кровоточит пару дней, и спустя неделю начинает заживать.
Здесь же не было никаких дополнительных инструментов и импортных лекарств, в руки мне просто дали бумажную салфетку. И это было самое безболезненное и филигранное удаление коренного зуба в моей жизни. А у меня,к сожалению, есть опыт в этих делах. Зуб мне не выдрали, а аккуратно вынули. Еще пояснили, что корень кривой и поэтому долго. И не было никаких рек крови и ноющей боли после прохода анестезии. Ранка стала затягиваться на второй день и полностью зажила через неделю. И стоило нам это удовольствие целых 700 руб!
Пока я ошалело пыталась понять, как такое взможно,хирург записывал рекомендации на случай осложнений и , на всякий случай,оставил телефон. На бумажке было имя - Алибаба. А зуб мне подарили.
Город мы покинули час спустя. Такси нам поймал россиянин с нетвердой походкой, которому стали интересны наши рюкзаки. Он очень обрадовался землякам, и не успокоился пока не оплатил такси до выезда из города.
Так нас отпускал Туркестан, древний и красивый город.