Как-то раз сидели мы в комнате отдыха, пили наш любимый чай, и рассуждали на тему генных модификаций. Прозектор мне популярно доказывал, что любую часть тела можно спокойно продублировать или создать заново. Условия требуются для этого не самые сложные. Нужна более-менее оборудованная лаборатория, набор специальных веществ, и, собственно, человек, на котором будет проводиться эксперимент.
Я читал, конечно, и про овечку Долли, и про множество других исследований. Но верил в это с большим трудом.
- Сказки все это, док! Что вы хотите сказать? Вот сейчас привезут к нам кадавра, начнете вы его вскрывать, а там все внутренности заменены? Да и как вы это узнаете?!
- Наверное, ты прав, дружок! Я дал волю своей фантазии. Может быть, в будущем, такое и случится… А сейчас навряд ли.
День по нашим меркам выдался очень и очень спокойный. Только после обеда звонок оповестил нас, что прибыла работенка. От скуки даже патологоанатом стал мне помогать.
- Так, что тут у нас? – Он стал рассматривать на ходу сопутствующие документы. – Ничего особенного. Мужчина, тридцать с лишним лет, авария. Получил травмы, несовместимые с жизнью.
- Может, и вскрытие производить не будем? – Шучу я. – И так все понятно, дорожно-транспортное происшествие.
- Положено, мой юный друг, значит, положено. И никуда от этого не деться! – В тон мне ответил доктор.
Переложив тело на мраморный стол, он начал готовиться к процедуре. Я включил свет.
- Стоп, стоп, стоп! – Вдруг быстро проговорил патологоанатом. – Ну-ка, выключи.
Я выполнил его просьбу. Он стоял и внимательно разглядывал тело.
- А теперь снова включи.
- Доктор, вы решили вспомнить молодость и побаловаться? – Предположил я.
- Иди сюда болтушка и посмотри сам.
- Ничем не примечательные останки человека.
- Я тоже так думал сначала. Сходи в комнату отдыха и принеси фонарь, будь другом.
Когда я вернулся, в зале была темнота. «Вот же железные нервы у человека. Я бы поседел от страха!»
- Лампу не включай, постарайся подойти ко мне и ничего не сломай по дороге. – Прозвучал голос врача.
- Все, доктор, добрался без происшествий!
- Теперь включи фонарь и посвети на тело.
Я так и сделал и чуть не заорал от удивления. Под лучом света кожа покойника приобрела стойкий изумрудный цвет.
- Что это, док?! – Прошептал я.
- Точно сказать не могу! Вскрытие покажет! – Пошутил врач. – Но идея одна есть. Помнишь, я тебя просил свет включить, выключить?
- Да.
- Такой оттенок его покровы приобретают, как только на них попадает свет. Если он находится в тени, то кожа обыкновенная, как у нас с тобой.
- И что это значит?
- Такое ощущение, что у него работает фотосинтез, как у растений. Сейчас посмотрим, что за завод по получению энергии прячется у него во внутренностях.
Через полчаса проводимого вскрытия прозектор выглядел озадаченным.
- Чудеса какие-то! Все внутренние органы на месте, но они… Такие… Бутафорские, что-ли, искусственные.
Он снова взялся за работу. Аккуратно получил образцы покровов. Отправился разглядывать их в лабораторию, где находились мощные микроскопы.
- Пошли со мной, здесь пока делать нечего. – Позвал он меня.
Снова минуты ожидания, прерываемые редкими возгласами удивления врача.
- В общем, складывается очень интересная картина! – Проговорил он, отстраняясь от микроскопа. – Подойди, посмотри.
- Что за чудеса, доктор? – Осипшим от удивления голосом проговорил я. – Так какие-то буквы отчетливо видны.
- Есть у меня одна гипотеза, - отстранено проговорил врач. – Помнишь, про генные модификации с тобой разговаривали? Так вот. Перед нами типичный продукт. Человеку под кожу внесли специальные пластины с фотоэлементами, от которых он получал необходимую энергию. Они искусственные, сто процентов. Внутренние органы у него созданы для прикрытия, чтобы не выделялся.
- А погиб тогда почему? Ведь такой совершенный организм… - Ошарашенно проговорил я.
- Думаю, от истощения. Стал терять контроль над собой, питания нет, вспомни, почти месяц дожди идут, солнца не видно. Вот и ослабло внимание, не справился с управлением…