(1)
Я люблю, когда кожу целует ветер,
И нарисованные облака
Ласкают глаз. На свете
Нет ничего лучше
для нас.
На века
Мы с тобой остановим время
И будем смотреть на золотую лаву небес.
Мы вдвоём понесём наше бремя
И впредь
не побоимся с тобою завес.
Мы будем витать в облаках
всегда.
Ни у кого разрешенья не спросим.
Кому нужна такая беда,
Когда ты Лирикой зовёшься.
Забавно. я нуждаюсь в этой ерунде,
Как человек обычный в хлебе
и еде,
И муза ко мне приходит не в гневе,
А в солону'щей морской воде:
Я вижу солнца блики
глазами своими
как на холсте.
Я слышу чаек крики
как Чехов их слышал когда-то
в тоске.
Я вижу зелёные листья рассвета
И пальмы, качающиеся на берегу.
Я ставлю музыкальную касету:
и голоса поют, и я- пою.
Пою от счастья ли, иль от проклятья
(Проклятия всей живости мирской:
Когда не знаешь- спишь у мечты в объятиях,
А я... ) : я много знаю, и меня по ночам не пугает покой.
Мне светит только вдохновение,
тревога творчества и мятая
простыня.
Когда ж подует ветер счастья мне
и спросит "Кто ты, жизнью взятая?
Актёр? Поэт? Художник?",
отвечу : "Просто
Я".
(2)
Просто Я- это Ева,
Как второй человек на Земле.
Первый- Ты, моя дорогая Поэзия,
Как близкий друг откуда-то извне.
Ты посылаешь мне любить способность
И счастье видеть даришь иногда,
Чтоб я могла глаголить миру
Сейчас
и навсегда.
Я не предам тебя, Друг, не обижу;
Хотя и хочется покоя мне,
Я понимаю: даришь то, что ближе
К правде и тайнам (словно в вине).
(3)
Я буду писать и делиться собою.
Ты, став моим другом совсем не спроста,
Отобрала ядово'е спокойствие.
И знаю, и чувствую: я не проста.
В моих глазах, как говорят, есть огонёк;
Никто не смотрит так, как я...
Слова такие- мой паёк,
Они мне расправляют паруса.
И я поймаю попутный ветер,
И он поцелует кожу мою.
Не любит он писанину бессмертную,
Но вносит огромную лепту свою.
(4)
Поэзия- принадлежность к бремени.
И тут я вечно стихами беременна.
Они- мои дети злосчастные,
а я- их мать.
счастливая
и несчастная.