Внедрять на консервативной Руси новинки, особенно пищевые, всегда было непросто. С этим столкнулся царь Петр Алексеевич, насаждавший культ картофеля, а в советскую эпоху — наркомат рыбной промышленности, навязывавший непривычные для граждан рыбные консервы. Как в первом, так и во втором случае, победить предрассудки помогла неистребимая страсть русского человека к «халяве».
Многие помнят со школьной скамьи, как Петр I, отчаявшись заставить крестьян сажать картофель, приказал тщательно охранять поля с корнеплодами. После этого у противников новой сельскохозяйственной культуры возникло патологическое желание получить заветные клубни любым, даже незаконным путем. Немного другой способ, основанный также на жадности обывателя, использовали для популяризации рыбных консервов в 1939-40 годах в Стране Советов.
В довоенном СССР, несмотря на «успехи» в животноводстве, ситуация с мясными продуктами была достаточно напряженной. А вот рыбы, в отличие от говядины и свинины, было хоть отбавляй. Продовольственный кризис породил такое чисто советское явление как «рыбный день», традиционно приходившийся на четверг. Таким образом детей, рабочих и служащих вынуждали потреблять продукт, богатый витамином А и фосфором.
Но усилия правительства разнообразить скудный на животные белки рацион советских граждан сайрой, ставридой и сельдью иваси оказывались тщетными — покупалась рыба неважно, а в консервированном виде и вовсе плохо. Правительство не раз вмешивалось в ситуацию с рыбой — в качестве примера часто приводят «кильку в томате», которую взял под личный патронат сам Никита Хрущев.
При этом мало кто знает, что популяризация Никитой Сергеевичем томатных рыбных консервов — это далеко не самый яркий пример советского маркетинга, исходящего от власть имущих. Гораздо более интересным способом поднял продажи консервов сталинский нарком иностранных дел Вячеслав Молотов.
В 1939 году руководителем наркомата рыбной промышленности стала супруга Молотова Полина Жемчужина. Наличие влиятельного мужа вовсе не означало то, что эта женщина занимала должность формально. Товарищ Жемчужина была волевым и очень грамотным руководителем, страстно болеющим своим делом и отстаивающим интересы вверенного ей ведомства на самом высоком уровне.
В наркомы Полина Семеновна пришла не из домохозяек — до этого она успешно возглавляла Главное управление парфюмерно-косметической промышленности. Именно благодаря ей в СССР появились такие парфюмерные бестселлеры как духи «Tete-a-tete», «Красная Москва» и «Весенний ландыш». Чтобы создать эти три аромата, хорошо знакомые нескольким поколениям советских женщин, Жемчужина скупала во Франции и Италии лучшие духи и передавала их отечественным парфюмерам.
Рыбная отрасль была для этой женщины делом абсолютно новым, но она не растерялась. В первую очередь, новый нарком рыбной промышленности потребовала отделения рыболовного флота от торгового. Ранее многочисленная рыболовецкая флотилия была парафией Лазаря Кагановича, который пускал средства, полученные от отрасли, на строительство Московского метрополитена, безжалостно пожиравшее государственные деньги. Разумеется, Каганович был недоволен таким поворотом, но Жемчужина добилась своего и получила флот в распоряжение своего ведомства.
Для рыбного производства были приобретены за рубежом дорогостоящие рефрижераторные установки, что послужило началом «консервного бума». Производство переместилось непосредственно к местам разгрузки рыболовецких судов, а некоторые из них превратились в плавучие заводы по переработке рыбы. В рекордные сроки ассортимент рыбных консерв в СССР расширился до 50 наименований, причем их качество было на очень достойном уровне.
Но успех наркомата рыбной промышленности омрачался серьезной проблемой — граждане категорически не признавали консервы из рыбы полноценной пищей и покупали их очень плохо. Тут то Вячеслав Михайлович Молотов и решил помочь своей супруге с вопросом реализации товара.
Говоря современным языком, Молотов запустил вирусную рекламу. На заседании Верховного Совета СССР, которое как обычно транслировалось по радио на всю страну, нарком иностранных дел заявил о том, что в стране действует крупная сеть контрабандистов, переправляющих драгоценности за рубеж в банках с рыбными консервами. Чтобы не быть голословным, Молотов извлек из одной банки нитку отборного жемчуга в присутствии депутатов и прессы.
В принципе это и все, что требовалось сделать для обеспечения спроса на рыбные консервы. Граждане, узнав о находке в банке с рыбой, начали просто сметать с прилавков консервы, в надежде найти там несметные сокровища. Разумеется, ничего в кильке и ставриде найдено не было, зато неудавшиеся кладоискатели, вынужденно поедая приобретенные продукты, распробовали их и начали покупать уже в качестве пищи.