1. Коронавирусный кризис валит мировую экономику быстрее, чем это сделала Вторая мировая война. Не потому, что инфекция так опасна, а потому, что мировая экономика находится, скажем мягко, не в лучшей форме:
https://www.bloomberg.com/news/articles/2020-03-26/world-trade-rocked-by-virus-sees-worst-collapse-in-a-generation
https://lenta.ru/news/2020/03/27/corona_wwii/
Коронавирус ударил по мировой экономике стремительнее, чем любой другой кризис за многие десятилетия. Сравнительный эффект от него оказался сильнее, чем от Великой рецессии 2008 года, терактов 11 сентября, нефтяного кризиса 1973 года и даже Второй мировой войны. Об этом пишет Bloomberg.
«Даже Вторая мировая война не отправляла экономику в такой внезапный нокаут, как это сделал коронавирус, который парализовал глобальные цепочки поставок, остановив жизнь в самых оживленных городах мира», — пишет агентство.
Оказалось, что для введения жёсткого карантина, закрытия границ и прочих ограничительных мер совсем не обязательно, чтобы ваше государство было военной или партийной диктатурой. Сделать это в нынешних условиях можно очень быстро.
Китай неплохо справился с ситуацией, но и другие страны последовали его примеру, пускай и меньшим успехом. Когда эпидемия закончится, жители Запада могут обнаружить, что киберпанк наступил: всё делается через интернет, ни у кого нет денег, и каждый шаг простого человека в три видеокамеры контролирует правительство.
2. Роснефть по-тихому ушла из Венесуэлы, чтобы не сталкиваться с американскими санкциями:
https://rg.ru/2020/03/28/rosneft-prodala-venesuelskie-aktivy-i-ushla-iz-etoj-strany.html
Венесуэльские активы были проданы российскому правительству, так что Россия в Венесуэле остаётся. Тем не менее, произошедшее вряд ли можно назвать хорошим знаком.
Роснефть, очевидно, ушла потому, что в условиях обвала цен заработать на венесуэльской нефти стало невозможно. Во всяком случае, убытки от американских санкций оказались выше, чем прибыли от венесуэльских активов.
Нефтяной кризис пока длится месяц, и последствия его для тех стран, которые мало что производят и экспортируют, кроме нефти, пока ещё не чувствуются в полной мере.
Однако через несколько месяцев или через год, если цены не восстановятся, венесуэльскому социалистическому правительству во главе с Николасом Мадуро придётся туго. Надеюсь, товарищ Мадуро будет слушать советы российских капиталистических экономистов. Если не будет, Венесуэлу ожидают ещё более тяжёлые времена.
3. Эксперты банка «Голдман Сакс» указывают, что попытки спасти цены на нефть путём переговоров производителей США, Саудовской Аравии и России обречены на провал. Мировой спрос на нефть из-за коронавируса упал на четверть, запасов при этом более чем достаточно, а если ничего не изменится, то через полгода добытую нефть будет попросту негде хранить:
https://finance.yahoo.com/noticias/goldman-alto-guerra-precios-evitar%C3%A1-091321741.html
Российская нефть марки Urals, тем временем, вернулась на уровень цен 1990-х годов:
https://lenta.ru/news/2020/03/30/oni_vernulis/
Ещё хуже в США – там возникли отрицательные цены, то есть некоторые производители даже доплачивают покупателям, лишь бы те как можно скорее вывезли нефть из хранилищ:
https://lenta.ru/news/2020/03/28/neft/
Ситуация с ценами может кардинально измениться при быстром росте спроса по окончанию эпидемии. Но на это нужно как минимум несколько месяцев. Также спасти положение могло бы опережающее спрос падение производства.
Саудовская Аравия решила вместо этого воспользоваться моментом и утопить конкурентов, продавая свою нефть по бросовым ценам. Это опасная игра, но лично я болею за саудитов. Как говорят биржевики, «лучшее лекарство от низких цен — низкие цены». Один год нефти по 20 долларов, и России будет надолго обеспечен надёжный, сверхприбыльный рынок сбыта.