Всем родителям которым предстоит столкнуться со школой, хочу рассказать свою историю, о том как трудно ребёнку выжить в коллективе если у него есть своё мнение.
В первый класс наш ребёнок пошёл в самую обычную школу. Мы не ходили туда на подготовку, не знали, что за учителя там работают, просто по стечению обстоятельств попали в класс педагога с большим стажем и хорошей репутацией.
К 7 годам мой ребёнок уже умел бегло читать, считать, складывать и вычитать, довольно аккуратно писать. Естественно на уроках ему было скучно ждать когда другие ребята закончат знакомиться с условием задачи, так как он уже знал ответ, и не редко просто выкрикивал его с места. Учитель, чтобы призвать «умника» к дисциплине отправляла его в угол.
Когда мы забирали детей после уроков, я выслушивала при всех родителях целую тираду негодования, и исправно приносила свои извинения. Дома мы с мужем проводили каждый вечер воспитательную беседу с сыном, всячески призывали его к порядку, многократно объясняли правила поведения на уроке. Завели ему специальный дневник для ежедневной оценки поведения, и решили обратиться за помощью к классному руководителю. На мою просьбу ставить ребёнку оценку в конце дня за поведение как стимул к работе и давать ему индивидуальные задания, она обрушила на меня весь свой гнев. Мне пришлось выслушать целую лекцию о том, что не надо учить её работать, что она педагог со стажем и не нуждается в моих советах. Я снова перед ней извинилась и ушла несолоно хлебавши.
После этого резкие высказывания в адрес нашего сына стали чаще и жёстче. Если учительница чувствовала недомогание на уроке, то обязательно комментировала это фразой, типа: «Опять из-за Воробьева у меня голова раскалывается».
Надо отдать должное моему сыну, не смотря на такую антипатию, он не сломался, продолжал хорошо учиться, но стал многое делать учителю на зло. Например, когда она говорила пиши красиво, он начинал неестественно уродливо выводить буквы или очень медленно читать (ведь все так читают)и т.п. Благо, в 1 классе не ставят четвертных.
Переломным моментом стал несчастный случай в классе. Учительница вышла из класса, а дети активно баловались: бегали, прыгали друг на друга и в этой потасовке один ребёнок упал и разбил до крови голову. Когда в класс пришла учительница и увидела случившееся её охватила паника, в истерике она начала кричать: «Воробьев, я из коридора слышала твои вопли, это ты натворил». Дети быстро сориентировались и начали подтверждать, что мол мы точно не видели, но толкнул наверняка он. Ребёнку не дали в защиту сказать ни одного слова. Со следующего дня нашего сына одноклассники начали морально атаковать. Слов у него на всех не хватало и вход шли оплеухи. Зачинщики моментально бежали к классному руководителю и жаловались на него. После чего он отбывал наказание в углу или у завуча. Я убеждала сына не чинить самосуд, а тоже обращаться за помощью к учителю. Но если он жаловался, то потом его еще больше обзывали. На уроках его исподтишка пинали до тех пор пока он бурно не отреагирует. И снова наказание.
Педагог на столько не хотела идти на встречу мне и моему ребёнку, что благодаря её стараниям и обвинению его во всех смертных грехах, он стал считаться самым трудным мальчиком в параллели. Если я подавала заявку в школьный лагерь, то мне звонили и просили забрать заявление, так как наша учительница посоветовала им не связываться , чтобы не было проблем.
Я ни с кем не ругалась, просто дома тихонько плакала. Поменять класс мы не могли, никто не хотел брать его к себе. Единственное что я могла сделать, это воспитывать силу духа в своём сыне. Мы были счастливы, когда закончилась начальная школа.
В 5 и последующих классах мой ребёнок стал лучшим учеником. Его уважали все учителя, и в первую очередь классный руководитель. Отношения с классом были подорваны в начальной школе. Дети начали действовать по привычной схеме, но правильное поведение нового учителя быстро пресекло их действия. Моего ребёнка перестали гнобить, но и дружить с ними он больше не хотел.