Прокатились на днях в Протвино, посмотреть на мельничку, да грязь немного помесить.
Чтож, весенняя распутица уже имеет место быть. Проверили поля шведским полным приводом. Сначала из Протвино выехал не туда, через мемориал ВОВ, но судя по карте можно было проехать, ан нет. Доехав до карьера уперлись в овраг, проезда через который для обычного универсала повышенной проходимости не нашлось - пришлось, уже изрядно изгваздавшись, ехать обратно.
На самом карьере красота! Еще и солнышком все было подсвечено. Понимаю, почему летом тут так много народу.
Вернувшись в город заехали по уже знакомой дороге западнее карьера. Выехав в поле стали закрадываться сомнения, а стоит ли туда вообще лезть? Размолотая кем-то грязь выглядела довольно устрашающе, да еще и колеи, которые непонятно куда заведут, если в нее упасть.
Но ведь мы за тем и ехали, чтоб проверить, как машина себя в грязи покажет. Поэтому поехали!
Сложилось впечатление, что электроника только мешает. Излишне душит автомобиль и приходится продавливать газ посильнее, только тогда перестает сопротивляться. На BMW как-то приятнее было, да и если выключил DSC (ESP) - то выключил и она не мешается совсем. На вольво полностью не выключается, хоть ты тресни. Ну разве что предохранитель выдергивать...
В общем, доползли мы до Протвы и пошли удовлетворять внутреннего фотографа.
Это пятиэтажное кирпичное строение и есть мельница. Раньше на этом месте стояла двухэтажная деревянная, построенная еще в XVIII веке, а уже в 1885 началось строительство этого грандиозного кирпичного здания.
На пяти этажах, а высота каждого аж 4 метра, располагались мукомольные цеха, склады с сырьем и продукцией и жилые помещения для хозяина и рабочих. Позднее мельница модернизировалась и уже все 5 этажей были заняты оборудованием.
Экскурс в историю
«Юрятинская мельница в годы своего расцвета не только отвечала требованиям высоких стандартов европейской техники конца девятнадцатого века, но и являлась воплощением прогресса в сельском производстве, которое сегодня назвали бы абсолютно экологически чистым.
В самом деле, собственно мельничное дело занимало два нижних этажа здания: на первом проводился грубый помол зерна с отрубями с помощью жерновов, на втором производилась высокосортная мука в агрегатах–вальцовках; здесь зерно поступало в зазор между двумя рифлеными валами, которые вращались в разные стороны, так что получалась разнородная перемолотая масса, которую просеивали, и мелкую муку отправляли во второй агрегат с еще более узкой щелью между вальцами, а крупную фракцию возвращали на повторный помол. Мешок, наполненный мукой, тут же застрачивался на миниатюрной швейной машинке. Мельник брал за помол совок муки с мешка.
На третьем этаже располагалось производство растительного масла изо льна (постное масло) и конопли (конопляное масло) в агрегатах для отжима масла – ступах, а также механизм для снятия шелухи с зерен крупяных и злаковых культур, в частности с гречихи– крупорушка. В ступах вращался вал, который играл роль поршня: медленно поднимался до верха, а затем быстро опускался всей тяжестью на зерна, сжимая их и выдавливая масло, просачивающееся сквозь узкие прорези на дно ступы, внизу которой имелся кран для слива масла. В ступе оставался жмых, который вычищали вручную специальными деревянными лопатками: жмых добавляли в хлеб или пряники, а также распаривали и использовали на корм скоту. На этаже были два агрегата для постного масла и два для конопляного.
Шерстебитная машина на четвертом этаже прочесывала шерсть, которую большими пластами скатывали в рулоны. На пятом этаже располагалась чесальная машина для льна и конопли, которая производила волокно белого цвета. Волокна отдавали на пряжу, а также из них плели канаты.
Кроме того у здания имелась пристройка для производства крахмала. Перед мельницей располагался колодец для промывания картофеля, а в пристройке - ванны, где его отмачивали. Производство было непрерывным, так что заказчик отдавал картофель, по весу которого тут же получал готовый крахмал.
Механизмы заграничного производства (турбина немецкая) были достаточно актуальными и прогрессивными для своего времени, и они приводились в действие не вручную, а автоматически, с помощью гидросооружения.
Речная мельница использует силу естественного течения воды, а мощность воздействия потока реки на механизм мельницы увеличивается при создании искусственного водопада, который возникает, если перекрыть реку плотиной.
В Юрятино на дно реки Протвы были установлены три треугольных бетонных опоры с металлическими углами и булыжниками внутри полостей треугольников: две по берегам и одна в центре. Центральная опора делила реку на два потока, так что над плотиной возникали два водопада, каждый из которых можно было перекрывать створками вертикальных шлюзов. Механизм мельницы останавливался, если перекрывался правый рабочий шлюз, тогда вода проходила только в открытый левый шлюз, создавая водопад, который летом пользовался большим успехом у пар молодых купальщиков.
Открытие правого шлюза приводило в действие турбину мельницы, которая представляла собой, по сути, пропеллер или винт со многими лопастями, приводимыми в движение напором водопада. Турбина!!! Не водяное колесо!! В результате турбина вращалась вокруг вертикальной оси, сверху которой находилась трехметровая шестеренка. Зубья шестеренки передавали движение на колесо с горизонтальной осью вращения. На колесо были натянуты ремни, которые уходили в первый этаж здания мельницы и вращали главный вал – могучий металлический стержень на прочных опорах. От этого вала с помощью ремней можно было приводить в действие механизмы на каждом из пяти этажей мельницы. Ременные передачи не были огорожены и требовали особой осторожности у персонала мельницы: бывали трагические случаи по невнимательности.
Для того чтобы турбину не повредили предметы, которые река приносила с собой к плотине и в водопад, над турбиной была установлена металлическая сетка, которую на свой страх и риск чистили ловкие юрятинские мальчишки.
Поверх плотины сооружали мост из балок и бревен, покрытых досками. Вода в Протве над плотиной не замерзала, поскольку уровень воды не был постоянным, и мельница могла бы работать круглый год. Однако весной начинались ледоход и разлив Протвы, так что на период, с конца марта по середину мая, приходилось разбирать мост, который не устоял бы под воздействием глыб льда, спускавшихся по течению. Все мужское население, от стариков до мальчишек, участвовали в разборке, а после половодья и в сборке моста. А женщины наблюдали, стоя на пригорке, лишь изредка покрикивая на расшалившихся мальчишек. Канаты снимали, верхнюю часть турбины заколачивали специальными деревянными щитами. Мельница останавливалась.
Плотина служила разделом для обильных рыбой вод Протвы, так что выше плотины была знатная рыбалка («хоть руками лови»), а рядом с мельницей над кострищем был установлен на ножках огромный металлический лист, служивший сковородой для свежепойманных рыб, которых тут же и жарили.
Напротив мельницы, на противоположном берегу, устроили женскую купальню – место отдыха в жаркие летние дни. На высоком откосе, там где раньше стоял дом братьев Бобровых, возвели хранилища (эллинги) для сырья и готовой продукции. А с наступлением темноты мельница освещалась с помощью керосиновых фонарей типа «летучая мышь».»
Таким образом, мельница представляла собой не только экологически чистый производственный центр широкого профиля, но и средоточие общественной жизни Юрятино и окрестных деревень.
И настал 1941-й...
В военные годы эта мельница так же не осталась без внимания и эта страница истории заслуживает отдельной главы. Кстати это здание напоминает мне почти такое же в Волгограде (Сталинграде), через которое проходила линия фронта и сейчас оно является мемориалом ВОВ. И, если не ошибаюсь, то здание - тоже здание мельницы.
«Под звуки гармошки и женский плач уходили мужчины на фронт. В деревнях остались женщины, дети, старики. За насколько дней до прихода фашистов в Юрятино, наши, советские войска отступали. Они шли строем по всей деревне…. Просили хлеба. Жители деревни в тревоге выходили на дорогу, а солдаты их успокаивали. А сами продолжали отступление . Уходили через мельницу в «Глухой лес».
Там, где сейчас стоит город Протвино был огромный лес. Сосновый. Он так и назывался местными жителями «Глухой». В нем было много ягод, грибов, а также водились волки. Недалеко от мельницы, по дороге к Высокиничам, стояли две небольшие сторожки.
Еще до прихода в Юрятино немцев, было видно зарево, как шли бои. И люди долго сидели и смотрели как рвутся зенитки.
А затем наступило жуткое затишье. 15 октября 1941 года фашисты заняли Юрятино. Они шли со стороны деревни Хрущево.»
«Немцы вошли в Юрятино, Хрущево и Спас-Городец, не встретив сопротивления, но при этом, заприметив здание мельницы, которое могло представлять собой укрепленный пункт обороны, дали по нему два точных залпа из минометов. В результате попадания мин крыша мельницы, и три верхних этажа были полуразрушены. Уцелели два нижних этажа. Оккупировав населенные пункты, фашисты устроили на мельнице в Юрятино и на колокольне церкви в Спас-Городце наблюдательные пункты.»
«При отступлении наш 158 отдельный саперный батальон 194 стрелковой дивизии получил задачу создания для гитлеровцев пояса смерти из противотанковых и противопехотных мин на переднем крае (Юрятино- Кременки) и заминировал заливные луга левобережья Протвы.»
«На два месяца по реке Протве образовалась линия фронта. 194 стрелковая дивизия 49 армии заняла позиции по линии леса левого берега Протвы от Троицкого до Дракино, где ей противостояла 260 пехотная дивизии вермахта, оккупировав правый берег Протвы.»
«В Юрятино пришли немцы – крепкие, высокие, уверенные, опьяненные легкой победой. Все испытывали ужас и страх, свою незащищенность. Оккупация началась с введения строгих правил поведения населения, нарушение которых каралось исключительно расстрелом,» например, за разведение огня или дым.
Немецкие солдаты располагались в домах, где они спали на полу. Порезали всю скотину и птицу. Столовая немцев находилась посреди деревни. Они использовали бездымные карбидные лампы (для приготовления пищи) и карбидные фонари. Дисциплина – как в обычной армии. Утром подъем в 6 утра. Местные жители жили в телятниках, свинарниках, рыли блиндажи. Наши войска обстреливали родные деревни, невзирая на жителей, которые там оставались. Постоянный обстрел! Есть было нечего. Спрятаться негде. Жители, собравшись группами, уходили из деревень.
Оставшихся трудоспособных подростков и женщин за исключением стариков собрали и отправили на трудовые работы в Германию (больных расстреливали на месте). Однако об этом знали партизаны, которые напали на обозы и отбили людей от охраны, так что мирные жители рассеялись по окрестным населенным пунктам и мало-помалу стали возвращаться в свои деревни, не показываясь немцам на глаза.»
«Первый залп «катюш» под Серпуховым был нанесен 24 октября при попытке фашистов форсировать Протву, по району Боровна – Кременки- Юрятино. Лавина огня обрушилась на врага, горела земля, плавились кирпичи Юрятинской мельницы. Враг был смят, разгромлен, морально подавлен, уцелевшие немцы были в шоке. Первый залп «катюш» был нанесен из района Калиновских Выселок. »
Мельница была целью наших "катюш" и по счастливой случайности ни один из 32 выпущенных в её сторону снарядов не попал в неё. У катюш массированный 16 снарядный залп, но плохая прицельность.
«В Юрятино и Хрущево были расположены вражеские огневые позиции дальнобойной артиллерии, откуда фашисты обстреливали Серпухов и его окрестности. Они пытались захватить мосты и дороги в Дракино и Троицком, а в районе мельницы, которая находилась между этих деревень, боев практически не велось. Фашисты использовали мельницу, чтобы просматривать луг и лес противоположного берега Протвы.»
«Ночь наступления, 16 декабря 1941 года, выдалась морозная, холодный ветер гнал поземку вдоль поймы реки, а впереди на фоне иссиня – черного неба одна за другой взлетали осветительные ракеты врага, изредка раздавались короткие пулеметные очереди. Фашисты не дремали. »
«Под прикрытием темноты, скрытно от немцев саперы производили разминирование проходов, убирали колючую проволоку, снимали поставленные «сюрпризы» на заливных лугах напротив мельницы, показывали пехотинцам и артиллеристам пути прохода для сближения с противником. Чтобы свести на нет преимущество противника, внезапно сблизиться с ним вплотную, принудить сражаться оружием ближнего боя наступали затемно.
По сигналу в пятом часу утра началась мощная артиллерийская подготовка наших войск по переднему краю и тылам противника.
В 7 часов утра 194 стрелковая дивизия Фирсова Павла Андреевича форсировала реку Протву по льду и прорвала линию обороны противника.
Село Юрятино освобождали 1-ый и 2-ой батальоны 470 стрелкового полка 194 стрелковой дивизии 49-ой Армии.
2-й батальон 470 стрелкового полка под командованием коммуниста Богуславского ворвался в Юрятино с юго-востока, а мельницу освобождал 1-ый батальон, обойдя Юрятино с юго-запада. При взятии мельницы были уничтожены 52 автоматчика и пулеметчика.»
«К исходу дня удалось отбить юрятинскую мельницу. Дело доходило до рукопашных схваток. Гитлеровцы отчаянно сопротивлялись. Вражеский гарнизон в Юрятино был полностью уничтожен. В числе взятых трофеев были и дальнобойные орудия, из которых бойцы полковой батареи открыли огонь по отступающему противнику»
Бои принесли потери среди мирного населения и разрушения. «Во всем селе, в Юрятино, пережив оккупацию, уцелели лишь две 70-ние старушки: Прасковья Евдокимовна Фролова и Монахова Евдокия Григорьевна .» Умерли вдали от родной деревни от голода почти все дети и старики. И вот в освобожденные деревни стали возвращаться их жители. «В Хрущево остались невредимы только 1 сарай и погреба. В Юрятино – 3 дома (Савенковых и Дерюги), в Кислино – 5 домов. Уцелевшим жителям приходилось ютиться в этих перенаселенных домах.»
«По весне с таянием снега открылась ужасная картина: все поля были засыпаны и нашими и немецкими трупами солдат. Чтобы избежать эпидемий, дети-подростки и женщины отбывали повинность – собирали павших на повозки (немцев отдельно) и хоронили в братские могилы в оставшихся блиндажах и окопах. Со временем холмики над могилами стерлись до уровня полей…»
Послевоенное
После войны два первых этажа, которые уцелели, вновь приступили к работе, а чуть позже в пристройке смонтировали генератор, который снабжал электричеством всю округу. С приходом электрификации генератор стал не нужен и мельница медленно начала погибать. Металл растащили на сдачу, остальное просто поломали. Даже лежащий внутри до недавнего времени жернов, видимо, отправили в реку только ради того, чтоб посмотреть, как он булькнет. Местные рассказывают, что внутри взрывали мины и бомбы, найденные в округе, отчего выпал кусок внутренней стены.
А ведь какой классный вышел бы музей, сохранись хотя бы часть того, что работало!
Кстати мост через реку - тоже своего рода достопримечательность. Говорят местные сделали его сами в 90-х из куска башенного крана.
Так прошел наш фотовыезд. Попив горячего чаю на месте мы отправились обратно. Поехали немного другой дорогой, где колеи оказались несколько больше, но проезжабельны. Ну а если ходом- так вообще легко.
А тут еще и солнышко вылезло, и дождик стал накрапывать.
Использованы материалы ОТСЮДА.
Довольно хорошая исследовательская работа учащейся местной школы, где можно почитать подробнее и посмотреть несколько других фотографий.
Если статья понравилась буду рад вашим лайкам и восприниму их, как лично сказанное СПАСИБО)