Притча. Однажды человек захотел узнать смысл жизни и отправился на поиски Бога. Долго он его искал, прошел многие испытания и лишения, пока наконец в бескрайней жаркой пустыне не нашел его.
“Господи, я так долго тебя искал, скажи наконец, в чем смысл жизни”?
На что Бог ему ответил - “Я тебе все скажу, но я так хочу пить. Не мог бы ты принести мне стакан воды”?
Человек сказал: “Конечно”. И тут же отправился за водой..
По пути он увидел дом. Постучался в дверь, ему открыла красивая девушка, он влюбился в нее, они поженились и начали жить вместе. У них родились прекрасные дети.
Но вот однажды началось наводнение. Человек плывет, спасая свою семью. В одной руке у него дети, в другой - жена. И он в отчаянии закричал: “Боже, что же ты делаешь то”?.
И тут он услышал голос с небес: “Где мой стакан воды”?
...Я соткан из противоречий. Я одновременно знаю все и не знаю ничего. Когда я начинаю что то объяснять себе, то понимаю, что мои выводы логичны и верны. Но чем больше это так, тем больше у меня возникают пробелы в моем объяснении. И в этих пробелах, как в черной дыре исчезают остатки разума. И остается только хаос.
Я сижу в пустой квартире в самоизоляции. Рядом со мной на столе стоит стакан, в котором горячий чай обещает меня согреть, утолить жажду и голод. Но в этом нет никакого смысла. И никогда не было.
Для человека, которого нет, ничто не имеет смысла. Мы рождаемся, чтобы потом стать очарованными жизнью, долго и неистово биться головой о стенки аквариума, и в итоге потом разглядеть в стекле наконец свое отражение и разочароваться во всем. Остается только забиться в угол аквариума и ждать смерти.
Мне сорок лет. И я уже вкусил много видов сладкого нектара, оказавшегося в конце концов ядом, отравляющим мое тело, душу и ум. Я как пес лакал из открытых ладони подачку, пока другая рука застегивала на моей шее ошейник. Я виляя хвостом ел угощения, в которое подсыпали снотворное. И я спокойно спал, пока меня везли к ветеринару, чтобы усыпить навсегда, потому что я стал ненужной игрушкой.
И когда в очередной раз, я сталкивался с тем что не мог объяснить себе смысл происходящего со мной кошмара, я вдруг понимал, кто был этот человек, что одевал на меня ошейник, кормил отравленными угощениями и усыплял. Этим человеком был я сам.
Говорят, где-то существует Бог. Он знает ответы на все вопросы. Он живет в нашем воображении. Прячется в потаенных закоулках нашего ума. Время от времени подает нам знаки - «ау, я здесь». Ты бежишь как сумасшедший на этот сигнал, но спотыкаешься об неожиданное препятствие. Этим препятствием может быть любовь или семья. Может быть работа, карьера, рыбалка, алкоголизм, хобби, походы в церковь, спорт, здоровый образ жизни, отношения, медитация, дети, туризм и прочее, прочее…
А потом ты опять слышишь его голос - «эй, дурачок, я здесь»! И ты поднимаешь голову из корытца с помоями, которые ты жадно лакал как поросенок, смотришь по сторонам удивленно и думаешь - «как же я так, как я тут оказался во всем этом, я же шёл за самым главным делом моей жизни?».
Но а следующее мгновение твое внимание опять отвлекают, и ты сломя голову несешься за очередной конфетой в ярком фантике. Но ты не думай, что Бог когда нибудь достучаться до тебя. У него нет такой задачи. Ему вообще до тебя нет никакого дела. И не надо думать что в старости человек умирает став наконец то мудрым и познавшим жизнь. Это не так. Каждый умирает в унижении и тупости. В этой смерти нет никакого смысла, как не было никакого смысла в жизни.
Только из глубины остатков разума смотрит Бог и ухмыляется.
Я сейчас встану, пойду на кухню и налью себе новый стакан чая. Мою очередную порцию тюремной похлебки. И вспомню эти строки, которые так поразили меня до глубины души в шестнадцать лет. Я выучил их наизусть, и нес в памяти всю жизнь. Но это ничего мне не дало. Мне сорок лет, и я в самоизоляции души...
“Если от провидения Божия, которое печется о жизни всякой былинки, и червя, и муравья, и паука, и жабы, и гада, ни единый луч никогда не упадет на меня; если Бог, который зрел меня, когда я был ничто, и призвал меня, когда меня не было, как будто я был, из чрева и тьмы глубокой, не посмотрит на меня ныне,
хотя я, убогая, и отверженная, и проклятая тварь, все равно его тварь и, даже проклятый, прибавляю толику к его славе; если Бог, который взирал на меня в мерзостной моей грязи и, когда я застил око дня, Солнце, и око ночи, Свечу, и очи всего света занавесями и окнами и дверями, все равно видел меня, и видел милостиво,
показавши, что видит меня, и приведши меня некогда к нынешнему раскаянию и воздержанию (до поры) от греха, так отворотился от меня к своим славным Святым и Ангелам, что ни Святой, ни Ангел, ни сам Иисус Христос не умолят его посмотреть на меня и вспомнить, что есть такая душа;
если Бог, который многажды говорил моей душе: Quare morieris? Зачем тебе умирать? – и многажды обещал моей душе: Vivit Dominus, жив Господь, и ты не умрешь, а будешь жива, не даст мне умереть и не даст мне жить, а оставил умирать вечной жизнью и жить вечной смертью; если Бог, который не мог войти в меня, когда стоял и стучался, войти путем обычным, Словом своим, милостями своими, рассудил иначе,
и потряс этот дом, мое тело, судорогами и корчами и поджег этот дом лихорадками и горячками, и устрашил Хозяина дома, мою душу, ужасами и опасениями тяжкими, и так вошел в меня; если Бог, увидя, что тщетно его попечение и намерение обо мне, отверг меня и покинул, будто я ничего не стоил для него;
если Бог, наконец, дал душе моей изойти, как дыму, как; пару, как пузырьку пены, и если душа эта не может быть ни дымом, ни паром, ни пеной, но должна лежать во мраке, доколе Господь света есть сам свет, и ни единая искра его света не достигнет моей души,
– какой Тофет не Рай, какая Сера не Амбра, какая грызь не услада, какое червя точение не щекотка, какая казнь не ложе свадебное перед проклятием этим: быть отлученну навеки, навеки, навеки от взора Божия?
Джон Донн, настоятель собора Св. Павла. «Графу Карлайлу и его обществу в Сионе»
Предисловие к роману Уильяма Стайрона “И поджег этот дом”.