С разрешения автора Владимира Крыльцова, продолжаю его историю
Вдруг в кустах коварный китаец с калашом? :
Прибежал Ротный. Все понял. И стал командовать. Речь его была очень короткой, но красочной. Если отбросить обсценную лексику, то смысл: «Кто хочет фотку на дембельский альбом и есть фотоаппарат со вспышкой – 5 минут, потом спать, или - марш-бросок до Бычихи и обратно». Успели минут за 20, пришёл Комбат, назвал нас с Ротным пацанами и колхозниками, но с удовольствием смотрел на братание родов войск (у танкистов тоже открылся телячий восторг, и после вопля «Танкистам – ура!» неровно прозвучало «Ура солдатам»).
А потом уже Танкист искал своих бойцов, которых наши понтонёры повели показывать мост.
Нахохотавшись от души, я счел свою миссию выполненной и пошел в свой вагончик спать (холодно, но отдельно). Было 23.49 9 мая 1976 года.
Проснулся от того, что кто-то тянул меня за ногу. Потом разлепились глаза и я увидел младшего сержанта - дежурного по роте, который (видимо из деликатности) шепотом повторял: «Товарищ старший лейтенант!» и настойчиво стаскивал меня с койки.
Я вскочил: «Что?!» Ответ меня потряс: «Уже светло и ветер стих, можно работать!».
Японский городовой,и это - сержант-срочник! И по собственной инициативе! Из сформированного неделю назад батальона! И без политинформаций и политзанятий, не до них было.
И если он - не патриот, то кто тогда патриот?
Я натянул сапоги, набросил бушлат. В рот была вставлена уже раскуренная сержантом «Прима». Вышли на улицу – сплошной понтонёрский рай.
Проснулся окончательно. Посмотрел на часы: 4.05.
Мелькнула подленькая мысль - разбудить Комбата. И сразу «мимо» – хорошо, если он уснул час назад (при его-то мнительности).
К Ротному не пошел – «без тебя справлюсь», и говорю сержанту: «Катеристы, геодезисты, толкачисты, понтонеры, монтажники правого берега – через 5 минут каждую группу!»
Он: «Да я знаю, мне бы только ж*пу прикрыть! Я же распорядок нарушил!».
Я ему : «Зайди ко мне, когда мост наведем, я рапорт напишу на поощрение! В отпуск поедешь!»
А он: «Не тот случай – пацаны не поймут. Все за мостик болеем!».
«Ну, давай, действуй, дорогой ты мой человек!»
Обернувшись на бегу, он показал большой палец, отдал честь и побежал быстрее.
Спать я больше не стал, сел на футляр от теодолита и от души порадовался грамотной работе расчетов без офицеров. Даже вспомнилось суворовское – «каждый солдат должен знать свой маневр». А эти - реально знали, что делают!
Перед тем, как вести укрупнённый паром в ось моста, двое сержантов, подошли ко мне : «А Вы можете, тащ старший лейтенант? А то нам страшновато…». Я пробурчал, что, мол, не царское это дело, но на паром пошел. Тут проснулся Ротный и, протирая на бегу глаза, обогнал меня и повел на ось тройной паром (112,5 м). А где-то около 7 утра проснулся Комбат, долго ругался, что начали без зарядки и завтрака, потом успокоился и дал команду выставить для завершивших наводку парома команд в дополнение к завтраку красной икры в бачках (кто служил на Дальнем Востоке, тот знает, откуда она берётся). Рота за обе щеки мела икру с хлебом и маслом, шумела, смеялась и чокалась кружками с чаем.
А 15 мая по мосту пошла нагрузка.
Комментируйте на здоровье - обратная связь необходима для улучшения контента!!! Так же буду искренне рад видеть Вас на моем канале YouТube