Найти в Дзене

КОГО УТОМИЛ АЛЕКСАНДР ДЮМА В РОССИИ?

Международная литературная звезда – Александр Дюма-отец во время своего русского путешествия часто гостил на даче Авдотьи и Ивана Панаевых. Там же жил и поэт Н.А. Некрасов. Авдотья Яковлевна так устала потчевать французского писателя разносолами, что тихо его возненавидела, оставив в воспоминаниях следующую запись: «Боже мой, как я обрадовалась, когда Дюма приехал, наконец, прощаться перед своим отъездом на Кавказ! Дюма, прощаясь со мной, наговорил мне много комплиментов и так расчувствовался, что обнял меня и поцеловал».     «Воспоминания» Авдотьи Панаевой по-своему уникальны. Во-первых, они написаны в позапрошлом веке (то есть в дофеминистическую эпоху) женщиной. Причем, женщиной, умело владеющей пером. Написаны живо и доступно и для современного читателя. Панаева (в девичестве Брянская) – дочь актеров Александринского театра, в 18-летнем возрасте вышла замуж за литератора Ивана Ивановича Панаева, а впоследствии стала гражданской женой поэта Некрасова, не разрывая, впрочем, бр
А.Я. Панаева
А.Я. Панаева

Международная литературная звезда – Александр Дюма-отец во время своего русского путешествия часто гостил на даче Авдотьи и Ивана Панаевых. Там же жил и поэт Н.А. Некрасов. Авдотья Яковлевна так устала потчевать французского писателя разносолами, что тихо его возненавидела, оставив в воспоминаниях следующую запись: «Боже мой, как я обрадовалась, когда Дюма приехал, наконец, прощаться перед своим отъездом на Кавказ! Дюма, прощаясь со мной, наговорил мне много комплиментов и так расчувствовался, что обнял меня и поцеловал».    

«Воспоминания» Авдотьи Панаевой по-своему уникальны. Во-первых, они написаны в позапрошлом веке (то есть в дофеминистическую эпоху) женщиной. Причем, женщиной, умело владеющей пером. Написаны живо и доступно и для современного читателя.

Панаева (в девичестве Брянская) – дочь актеров Александринского театра, в 18-летнем возрасте вышла замуж за литератора Ивана Ивановича Панаева, а впоследствии стала гражданской женой поэта Некрасова, не разрывая, впрочем, брака с Панаевым. Все втроем, кстати, жили под одной крышей, так что Маяковский с Бриками в свое время шли уже проторенной в русской литературе дорожкой.

Правда, такого рода пикантных подробностей в книге не найти. А ценна она тем, что, как живых, изображает русских писателей, составлявших цвет литературы середины-второй половины XIX столетия (хотя и не только писателей – на страницах «Воспоминаний» возникают и композитор Глинка, и художник Иванов, и актер Щепкин). Те, застывшие в школьных учебниках, как мухи в янтаре, вдруг облекаются плотью и кровью, и вы начинаете слышать их голоса. Голоса Белинского и Гоголя, Чернышевского и Добролюбова, Островского и Льва Толстого, Тургенева и, разумеется, Некрасова.

Панаева, конечно, пристрастна и порой необъективна. В книге совершенно точно есть один отрицательный герой – это великий русский писатель Тургенев. В изложении Панаевой – двуличный лживый слабохарактерный эгоист. Поклонникам тургеневского таланта (хотя его писательское дарование автор «Воспоминаний» как раз не отрицает) впору вознегодовать. Чем же так обидел Иван Сергеевич Авдотью Яковлевну?..