(Начало)
6а. «Цели/ценности создают и уничтожают личность – по её действию. Они есть требование в нас; и через нас продвигают этот мир.» (А.Баумейстер) Мы движемся – проницая их; и поднимаемся – соответствуя им. А определяются они человеком через определение смыслов, что и составляет канву личной жизни...
Человек испытывает давление установок общества, как этико-властного императива; которые ещё и смешиваются с представлениями об этом. Но это требование, как суть социальные ценности, помогает разведению характера и мысли, подъёму мысли и в ней – формированию истинной свободы человека, как творца. В этом процессе понимания себя в обществе происходит и самопознание. А ощущение «давления» снимается в духовно-культурном единстве, то есть в действии осознанного призвания для целей всего общества, как уже «народного духа». Потому для юношества важно владение своей идентичностью и культурой.
Действительный человек находится в точке «сам», но движется от себя; для того, что вне себя. Отсюда – важность Знания и Ценностей – как основы смыслов движения. Отсюда – формулирование свободы – как направления движения. И отсюда справедливость – как возможность движения... (продолжение о самости – см. 15а)
6б. Творческим способностям (их мобилизации) мешает расслабленность в самости, похожая на самозащиту в неврозе. Первое – от довольности жизни, второе – от стремления к довольности.
Характер – это данность человека, это простое должное (как есть), то есть для себя. Но у человека нет оснований держать/ставить себя, как должное; «должное для всех». Только тогда он имеет возможность быть больше... Талант – это то, что больше; то, что реально.
Талант – это двусторонняя способность: понимания и показывания, нахождения и донесения. Его реальность – в смысловой ценности и индивидуальной, и множественной; и персональной, и сверхперсональной. И здесь же возможности манипуляции и притворства под талант.
Талант – это задача (как и Воздвижение); которая не оставляет. Заострённый в различении ум, через сердце обретает заглавную букву единения. Остро чувствуя различие, Он строит единство, возвращая его в своём новом качестве. Что первично – талант или его вечное движение? Бог весть...
Зажим вседозволенности, самопотакания, исключительности – есть вызов для негативной самости и открытие путей творчества. Психоанализ назвал это фрустрацией, но это манипуляция, затенение смыслов и понятий. Вызов самости – это вызов в сторону реализма. Осознание раздельности личности (самости, характера) и таланта – то есть включение служения – это элемент адекватности и понимания мира. Сформированность самодисциплины, то есть критерия целей/ценностей и смысла жизни, является одним из пунктов инициации зрелости человека.
6в. Уходит одно – приходит другое. Уходит произвол и надрыв – приходит сила и спокойность. Уходит шумная креативность – приходит глубокое творчество. Вся разница их – в ответственности, в ответствовании вопросам бытия в целом.
Предустановленным в своей ответственности (достоинстве) надо сказать, что непринятие иной силы, кроме себя, создаёт принижение понимания. Принятие же такой Силы не есть перекладывание ответственности. Но есть прояснение своих же основ нравственности – если твоя гордость настоящая...
Одно только допущение Мира Всевышнего открывает разуму дыхание и простор; а в тех же земных делах даёт равновесие. Мы остаёмся здесь же, но мыслим «полной грудью»; своим существом – и полно. Мы допускаем в нашу палитру мышления те различение и смыслы, которые без допущения Всевышнего не работают и соответственно не дают нам проявиться. Без них мы остаёмся суетливыми – во множестве нечётких оснований.
В падении мы – или в предположении неприятного, или в равнодушии (пустодушии). И в любом случае мы предустановлены в чём-то своём, мы скованы. То есть мира и Бога – нет, нет нового открытия, есть наши обстоятельства смерти. И то есть нет счастья, всё закрыто в себе. Внутри – комок: или столкновения, или одиночества. И человек – полностью, без остатка, до растворения – погружён во время, поглощён его ходом, без наличия чего-то другого; и чем больше отталкивание, тем больше притяжение... Тогда, как просто надо всё предоставить не себе – и делать «что должно» из этого состояния неожидания, приятия, даяния – до последнего открывающегося итога. Это называют храбростью. Называя же безрассудностью, не всегда различают, что в настоящем нет характера, но есть сопровождающее мышление.
Характер сопровождает мышление в открытой деятельности. Характер – проявляется в мысле-деятельности. Ощущение осмысленной проявленности по призванию жизни – это счастье.