Эксперимент ”Вселенная-25”: как рай стал адом
Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали условия: неограниченные запасы еды и воды, отсутствие хищников и болезней, достаточный простор для размножения. Это был эксперимент Джона Кэлхуна. Что из этого вышло, читайте дальше.
В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформировал новый термин, “поведенческая раковина” (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности. Он стал задумываться о том, как перенаселение повлияет на общественные институты и на каждого человека в частности.
Свой самый известный эксперимент, заставивший задуматься о будущем целое поколение, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья. Целью эксперимента “Вселенная-25” был анализ влияния плотности популяции на поведенческие паттерны грызунов. Келхун построил настоящий рай для мышей в условиях лаборатории.
Фаза А
Период освоения Келхун назвал фазой А. Эксперимент стартовал с момента помещения внутрь бака(в котором были все условия для мышей) четырех пар здоровых мышей. Мыши быстро адаптировались и стали размножаться, с появлением первого потомства началась вторая фаза Б.
Фаза Б
Это стадия экспоненциального роста численности популяции мышей, их количество удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315 дня проведения эксперимента темп роста популяции значительно замедлился, теперь численность удваивалась каждые 145 дней. И наступила 3 фаса С.
Фаза С
В этот момент в баке проживало около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и некая социальная жизнь. Стало физически меньше места, чем было раньше. Появилась категория “Отверженных”, которых изгоняли в центре бака, они часто становились жертвами агрессии. Эту группу можно было определить по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Это было вызвано тем, что более, старшее поколение не хотело уступать место молодняку. После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполняли любые социальные роли.
Самки, готовящиеся к рождению, становились все более нервными. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищать потомство. Но, агрессия со стороны самок, проявлялось не только раджи защиты потомства, очень часто можно было наблюдать, как самка убивала своих детенышей и перебиралась в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться(что-то типа феминизма наших дней). В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.
Фаза D
Эту фазу Джон Кэлхун назвал фазой смерти. Символом этой стаи стало появление новой категории мышей, получивших название “красивые”. К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющихся ни какого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни.
И правда, зачем бороться за самку, драться за территорию, если все что нужно есть. Есть крыша над головой, еды и воды вдоволь. Вот они и занялись собой. То же самое мы наблюдаем и в обществе людей. Женщины все чаше борются за свои права, они все чаще говорят, что ”настоящих мужиков уже не осталось”. Появились такие направления и движения как: чайлдфри, феминизм, мужское движение и т.д.
“Красивые” только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегали конфликтов и выполнение любых социальных функций. У них уже небыли обгрызены хвосты, ободрана шерстка и следы крови на теле. Но больше всего поразило, что они совсем не хотели спариваться и размножаться. Таких мышей стало большинство.
Средний возраст мыши в последней стадии существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре составило 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненно необходимых ресурсов. Процветал каннибализм при одновременной изобилии пищи, самки отказывались воспитывать детенышей и убивали их. Мыши стремительно вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель “мышиного рая” от старости.
Стэндфордский тюремный эксперимент Филиппа Зимбардо
Знаменитым стал тюремный эксперимент, проведенный в 1971 году Ф. Зимбардо и тремя его коллегами из Стэндфордского университета. Он исследовал природу насилия и жестокости, возникающих, как реакция человека на ограничение свободы в условиях навязанному ему социальной роли.
Чтобы изучать социальную психологию в тюремных условиях, ученые пригласили студентов последнего курса разыгрывать роли охранников или осужденных. На объявление откликнулось более 70 претендентов, которые хотели заработать 15 долларов за день. Все добровольцы прошли тестирование и диагностическое интервью, дабы устранить кандидатов с психологическими проблемами, инвалидностью, судимостями или злоупотребляющих наркотики.
Было отобрано 24 студента из США и Канады. Половина из них была случайным образом (бросанием монетки) определена как заключенные, а другая половина как охранники в двухнедельном эксперименте. Чтобы симуляция тюремной среды была достоверной, психологи обратились к услугам консультантов. Главным среди них был опытный “зэк” который провел семнадцать лет за решеткой. Он рассказал, каково быть в тюрьме. Он также познакомил исследователей с другими бывшими заключенными и работниками исправительных учреждений.
Сама ”тюрьма” была оборудована в подвале факультета психологии Стэнфорда. Чтобы создать тюремные камеры, сняли двери из лабораторных комнат и заменили их специально сделанными решетками и номерами ячеек. Подвальный коридор служил ”двором” и единственным местом, где “заключенным” разрешалось ходить, есть или заниматься физическими упражнениями, за исключением хождения в туалет (куда “заключенные” отводились с завязанными глазами, чтобы не знать выхода из тюрьмы).
“Преступники” были “арестованы” полицией одного спокойного утра и заключены в тюрьму, где их раздели, обыскали и надели униформу. Охранники получили палки, наручники, свистки и ключи от камер. Их заботой было соблюдать “права и порядок”. Для заключенных существовали определенные правила: они должны были молчать, есть, и отдыхать только в определенное время, обращаться друг к другу по номеру, а к охраннику – “мистер офицер” и т.п. Нарушение правил каралось.
Отношения между охраной и заключенными быстро приобрели классический характер: охранники начали считать заключенных существами низшего сорта, к тому же опасными. Заключенные же видели в охранниках хулиганов и садистов. Один из охранников заметил: “Я был удивлен самим собой… Я называл их оскорбительными именами, заставлял чистить туалеты руками. Я расценивал их как скот и должен был следить за ними на всякий случай, если они захотят что-то совершить”
Через несколько дней заключенные устроили настоящие восстание. Они забаррикадировались внутри своих камер, приставив койки к двери. Охрана поливала их водой из противопожарных шлангов. После этого кровати вообще были вынесены из камер. Охрана установила дополнительное правило: “выгуливать” заключенных только ночью. Все более подавляемые узники проникались навязчивой идеей глобальной несправедливости. Некоторые из них уже на пятый день эксперимента требовали освобождения.
Быстрое развитие садизма среди охранников было замечено ими самими. Один из охранников, который до эксперимента считал себя добрым и неагрессивным пацифистом, на пятый день записал в своем дневнике: “Я специально выбрал его( заключённого) для оскорбления, потому что я просто не любил его.… Этот заключенный отказался есть свои сосиски… Я решил ускорить его кормление, но не хотел есть. Тогда я размазал еду на его лице. Я не мог поверить, что это сделал я. Я ненавидел себя за содеянное, но его я ненавидел еще больше”.
Филипп Зимбардо, не ожидавший такой стремительной трансформации в каждой группе добровольцев, позднее написал в отчете: “Что наиболее удивляет в экспериментальной псевдотюрме, так это лёгкость, с которой возникает садистское поведение у совершенно нормальных молодых людей и эмоциональная патология среди тех, кто тщательно был подобран по признаку психологической стабильности”.
На шестой день исследователям пришлось досрочно закончить эксперимент – ради блага всех, кто принимал в нем участие. По мнению многих моралистов, он был крайне неэтичен. Более того, он вызвал у здоровых и образованных молодых людей длительный физический и эмоциональный стресс. Поэтому тюремный эксперимент никогда не был повторен вновь.
Один из героев Шекспира заметил: “Весь мир – театр, а все мы в нем - актеры”. Речь идет о том, что граница между игрой и реальной жизнью весьма относительная, они имеют взаимный переход, и это можно назвать феноменологическим казусом. Курьезность данного феномена заключается в том, что жизнь порой выступает как игра, а игра- настоящая жизнь. Игра дает возможность раскрыть подлинную человеческую сущность, когда она непосредственно переходит в действия. Человеку надо только помочь сбросить естественную маску, что бы выявить его изначальную природу.