Журкин молча включил ток, в машинке что-то завертелось, зашумело. Затем он засыпал в верхнее отверстие горсть мелкой стружки, нажал на две кнопки, и из другого отверстия посыпались аккуратные маленькие болтики.
Михеич широко раскрыл рот:
- Да ты, парень, прямо Эдисон! Надо же - из отходов производства и такую дефицитную продукцию! Не машинка, а мечта!
- Да вот надо ее немножко доделать. Сегодня кожух покрашу красной краской, а станину и вибратор - синей...
- Постой, постой,- вмешался Михеич.- А что если покрасить наоборот?
- Можно и наоборот,- подумав, согласился Журкин.
- Вот видишь: ум хорошо, а два лучше. Значит, так мы с тобой и сделаем.
В это время появился начальник цеха. Узнав, в чем дело, он крепко пожал слесарю и мастеру руки:
- Молодцы! Теперь мы из-за этих несчастных болтиков простаивать не будем. Кроме того, ваша штуковина и на изобретение может потянуть. Только эстетики, по-моему, ей не хватает. Эти грани надо закруглить.
- Можно и закруглить,- согласился Журкин.
Начальник цеха еще раз внимательно осмотрел получающиеся болтики и удовлетворенно улыбнулся:
- Ну, ты иди, Журкин, работай. Мне Михеич все дообъяснит.
В цехе появился главный технолог Закускин.
- Да это просто клад,- определил он.
- Хотим подавать заявку на изобретение,- отозвался начальник цеха.
- А как агрегат назовете? От точного названия будет зависеть многое. И к тому же у вас нет, наверное, опыта в составлении заявок...
- Бог троицу любит,- понимающе пошутил Михеич.
- Постой, почему троица?— перебил начальник цеха.- Надо бы и Журкина в соавторы взять.
- Журкин? - переспросил главный технолог.- А при чем здесь Журкин? Кто он такой?
И. Мартьянов
