Третьи сутки в карантине
Ограничение особо не чувствуется, но сегодня словил странное чувство, которое уже когда-то испытывал. Как дежавю. И вспомнил! Со мной такое уже было!
Итак, мне лет 15. Не помню какой это был год, наверное 1989-й. Новороссийск. Отец уехал зарабатывать на Крайний Север. Мы дома с мамой и маленькой сестрой. Живем в общежитии. 2 комнаты в блоке, общая кухня и коллективные удобства. Правда, общага почти пустая. Семей 5-6 живет на огромное здание.
Зима. Ну что за зима в Новороссийске обычно? +10 в самый холодный день и жуткий ветер. Обычно мы и не замечали зиму. Но тут навалилось нечто особенное.
Настоящая вьюга, как в кино про войну - снег валит и летит горизонтально. Ветер воет. Даже сейчас помню - 30 метров в секунду объявили по радио, пока радио работало. И это при крепком морозе под -18. Такой ветер в Новороссийске называют Бора или Норд-Ост. Ни летом ни зимой он не приносит ничего хорошего. Но на этот раз была просто катастрофа.
В общем, декорации к фильму «72 градуса ниже нуля». Отличный фильм, кстати, рекомендую, а книга еще лучше. И вот вся эта история начинается рано утром. И к полудню заметает весь город.
Подъезд общежития занесло метра на полтора - дверь невозможно открыть.
А снега все больше, и ветер крепчает. Сначала перестал работать телевизор. Просто серый снег на экране и все. По радио (которое на кухне) передали метеопредупреждение и настойчиво приказали не покидать жилых помещений.
Примерно в шесть вечера погас свет. Как потом выяснилось, на каком-то перевале ветер повалил опоры ЛЭП. Электричество пропало в половине города.
И вот вечереет. Мы сидим в общаге. У нас общая кухня и ЭЛЕКТРИЧЕСКИЕ плиты. Для освещения я смастерил какую-то лампаду из банки, постного масла и фитиля из бинта. И быстренько встал вопрос - а как накормить годовалую сестру? Нужно было сварить кашу для ребенка. Мама в панике. Что делать не знает. Мобильных и интернета тогда не было.
И вот я, главный мужчина в семье, беру ШВАБРУ. Беру нож. И тонко строгаю эту древесину на лучину. Потом в кастрюле типа «выварка», делаю очаг и развожу костер из моей швабры.
И вот представьте себе картину. Общая кухня, тьма египетская. В окне ветер бьется так, что рама стучит и трясется, а щели издают жуткий вой, который временами поднимается до визга. На электрической плите стоит «выварка» а в ней пляшет пламя горящей швабры. Варится кашка. Тут все как в приключенческой литературе - «неверный свет костра освещал их испуганные лица».
Тем временем по общаге расползается адский дубак. Холодно! Батареи начали остывать, а ветер выдул последнее тепло. Ночь мы провели завалив маленькую комнату одеялами и подушками и кое как согревшись заснули. И это было даже здорово - походный уют с привкусом трагедии.
Думали к утру все наладится. Но не наладилось. К этому времени в нашей общаге температура была как на улице. Нацепили на себя все, что было в доме. Тут уже в голове замелькали картинки из историй о блокадном Ленинграде. Надо идти за молоком, за хлебом и вообще. Идти конечно мне.
Вышел на порог общаги, день стоит, вроде светло, но не видно НИЧЕГО. Метет. Снежная крошка сечет лицо до крови. Просто белая стена перед глазами, которые даже открыть сложно - сразу слезы, сопли и вот это вот все.
В общем, отошел я метров на 20 от подъезда и тут меня кто-то хватает за шиворот и тащит по снегу. А до меня долетают слова, которые обычно 15-летним шкетам не говорят.
Оказалось, что это друг семьи, дядя Рома, шел к нам, чтобы принести еды и паяльную лампу. Чудом увидел как я бреду по палисаднику, мягко говоря удивился этому гениальному решению, и потащил меня домой.
Уже в подъезде он мне еще пару раз доходчиво повторил, что именно сейчас нужно сидеть дома и не высовываться. Рассказал, что на 200 метров, которые разделяют наши дома он потратил минут сорок и пару раз сбивался с курса.
И вот засели мы дома. Уютный вой паяльной лампы. Картошка без ничего. Чай (с сахаром!). И полная невозможность выйти из дома. И было во всем этом два существенных плюса. Не нужно было идти в школу, и кроме того, целая стена одной из наших комнатушек, состояла исключительно из книг.
Так что скучно не было совсем.