Часть вторая.
Часть третья.
О Столетней войне слышали все, кто хоть сколько-то знаком с историей средних веков, однако имя Робера Артуа известно немногим. В учебники этот колоритнейший персонаж просто не влезает из-за экономии места, а меж тем, именно он в большой степени ответственен за начало продлившейся больше века войны. Ну, то есть, очередная война между Англией и Францией, так или иначе, началась бы в любом случае, к этому обязывало слишком большое количество противоречий. Другой вопрос, что она могла бы начаться гораздо позже, при других обстоятельствах, и не факт, что затянулась бы так надолго. Но именно Робер выступил катализатором событий и поспособствовал тому, что Столетняя война началась именно так и тогда, когда началась.
Итак, Робер III (а в своем роду он был именно третьим Робером) был из рода графов Артуа, что происходили от короля Людовика VIII, т.е. были боковой ветвью французского королевского дома Капетингов. Родился он в 1287 г. в семье Филиппа д'Артуа, который был единственным сыном графа Робера II. Все было бы вполне традиционно для подобных дворянских родов - Филипп унаследовал бы титул и земли от отца, а после передал бы их Роберу, но наступил 1297 г. В этом году французские войска под началом графа Робера II разбили фламандцев при Фюрне. Но триумф оказался омрачен тем, что Филипп был смертельно ранен.
Таким образом у графа осталось двое потомков: дочь Матильда (она же Маго), старшая сестра покойного Филиппа, и малолетний внук Робер. Встал вопрос, кто должен наследовать. Этот вопрос встал еще острее, когда всего через несколько лет граф самым идиотским образом погиб в битве при Куртре. С одной стороны, Маго представляла старшую линию рода, а с другой, согласно пресловутому Саллическому закону, земля не передавалась по женской линии. Казалось бы, закон есть закон, но вмешалась политота. Дело в том, что Маго была замужем за пфальцграфом Оттоном бургундским, а в тот момент существовало две Бургундии - французское герцогство и германское пфальцграфство. А французскому королю Филиппу IV Красивому очень хотелось, чтобы обе Бургундии были за Францией. Поэтому он договорился, что старшая дочь Маго Жанна выйдет за одного из его сыновей и принесет германскую Бургундию в приданное. Но таким образом получалось, что у мужских наследников рода Оттона ничего не останется. Тогда король, ничуть не сомневаясь, оставил Артуа Матильде в качестве компенсации.
Мнения Робера, разумеется, спрашивать не стали. Впоследствии он попытался предъявить свои права на Артуа через суд, но добился только того, что ему было выделено графство Бомон-ле-Роже (в современной Нормандии), что было совершенно неравноценной заменой, ведь экономически Артуа было куда более выгодно расположено и приносило гораздо больший доход. Плюс, правитель Артуа автоматически становился пэром Франции, а пэры по своему положению стоят гораздо выше прочей аристократии. Да и земля предков в конце концов. Так же суд предписывал: «Пусть упомянутый Робер почитает упомянутую графиню Маго как свою любимую тётку, а упомянутая графиня любит упомянутого Робера как своего дорогого племянника». Естественно, после таких фокусов результат был прямо обратный, и ни о какой любви между этими персонажами не могло быть и речи.
Понимая, что помощи ждать неоткуда, Робер решил брать судьбу в свои руки. Хотя отныне Артуа ему не принадлежало, в лучших традициях феодализма, он упорно титуловался Робером III д'Артуа. Под этим именем он и вошел в историю. Хотя на самом деле его бы следовало называть Робер де Бомон-ле-Роже. Тут и началась борьба за графство Артуа, которая послужит в итоге толчком к Столетней войне...
Либо можно на карту ВТБ: 5368 2902 5087 3082