Мишель Беннетт не думала, что сможет попрощаться со своей матерью перед смертью.
Как и многим другим семьям по всей стране, Беннетт сказали, что она не может находиться рядом со своей 75-летней матерью, Каролан Кристин Ганн, которая заразилась коронавирусом и приближалась к концу своей жизни.
- Я не могу быть там и держать маму за руку, гладить ее по голове, говорить ей то, что я хотел ей сказать. Это было такое беспомощное чувство, я просто помню те дни, когда я чувствовал себя таким расстроенным и беспомощным и не мог поговорить с ней, потому что она не была в сознании в течение этого времени", - сказал Беннетт CNN в понедельник.
Но медсестра из шведского госпиталя Иссакуа в Вашингтоне взяла на себя заботу о том, чтобы Беннетт успела попрощаться с ней. Беннетт сказала CNN, что медсестра позвонила ей с ее личного мобильного телефона и сказала, что дыхание ее матери изменилось, и она, вероятно, долго не проживет.
-Я поднесу телефон к ее лицу, чтобы ты могла сказать ей, что любишь ее, и попрощаться, - говорит Беннетт, когда медсестра сказала ей об этом. - Она будет не одна, мы останемся с ней до конца."
Десять минут спустя Беннетт говорит, что она разговаривала со своей больной матерью по FaceTime.
- Я очень люблю тебя, - сказала Беннетт своей матери, добавив, что они недавно обсуждали испытания, через которые проходят все отношения матери и дочери, и что она никогда не говорила матери, что простила ее.
- Я прощаю тебя, мама, я люблю тебя. Я знаю, что у меня не было возможности сказать это, - сказал Беннетт.
Она признала, что ей было трудно выразить свои чувства, когда ее на самом деле там не было, но она надеется, что мать услышала ее последние слова.
- Мама, это нормально, что ты ушла. Теперь уже можно идти."
Через час Беннетт сказал, что она ушла.
Беннет сказала, что видела, как медсестра плакала, когда забирала телефон.
-Я знаю, как это трудно для них, - сказала она. -Я не могу себе представить, каково это-быть на передовой и каждый день возвращаться домой, рискуя заразиться, но потом иметь сострадание и сопереживание, чтобы быть прямо там в этот момент, как если бы это была их собственная мать. Это была одна из самых удивительных вещей, которые я когда-либо испытывал."