Найти в Дзене
ЮЛИЯ

Как я поняла, что не люблю сладкий чай

Эта история из моего очень раннего советского детства. Настолько раннего, что я ещё пила из бутылочки. Может, конечно, меня уже приучали пить из чашки, но в воспоминаниях фигурирует именно бутылочка. В то время считалось, что младенцы любят всё сладкое – воду, кашу, соки и прочие продукты питания. Якобы без сахара ребёнок ничего не будет есть. Поэтому, чтобы приучить деточку пить водичку, обязательно надо её подсластить. Моя мама не спорила с авторитетами, добросовестно клала сахар во всё, что я ела. А ела я мало – расщелина нёба (она же «волчья пасть», позже успешно прооперированная) мешала мне нормально глотать: практически вся еда попадала в нос и вызывала раздражение слизистой. Так что еда у меня ассоциировалась с болью. И вот как сейчас помню свои ощущения – мне суют в рот резиновую соску, из которой просачивается что-то НЕ СЛАДКОЕ! Оказывается, мне просто забыли посолодить чай. И с каким же наслаждением я пила этот прохладный терпковатый напиток! Я его всасывала, захлёбываясь в

Эта история из моего очень раннего советского детства. Настолько раннего, что я ещё пила из бутылочки. Может, конечно, меня уже приучали пить из чашки, но в воспоминаниях фигурирует именно бутылочка.

В то время считалось, что младенцы любят всё сладкое – воду, кашу, соки и прочие продукты питания. Якобы без сахара ребёнок ничего не будет есть. Поэтому, чтобы приучить деточку пить водичку, обязательно надо её подсластить.

Моя мама не спорила с авторитетами, добросовестно клала сахар во всё, что я ела. А ела я мало – расщелина нёба (она же «волчья пасть», позже успешно прооперированная) мешала мне нормально глотать: практически вся еда попадала в нос и вызывала раздражение слизистой. Так что еда у меня ассоциировалась с болью.

И вот как сейчас помню свои ощущения – мне суют в рот резиновую соску, из которой просачивается что-то НЕ СЛАДКОЕ! Оказывается, мне просто забыли посолодить чай. И с каким же наслаждением я пила этот прохладный терпковатый напиток! Я его всасывала, захлёбываясь вкуснючим несладким чаем; я орала, когда у меня отняли эту бутылочку, а потом…

А потом было всё, как обычно – сладкая вода, сладкий чай, сладкая кашка. Хлеб с маслом, густо посыпанный сахаром. Сладкая творожная запеканка, щедро политая сгущенкой. И дома, и в детском саду, и в школе. Только лет в семь, кажется, я сообразила, что имею полное право не класть сахар в чай. И, конечно же, этим правом воспользовалась.

Очень хорошо помню, какое беспокойство это вызывало у моей родни!

- Как ты можешь это пить? – ужасались они. - Ну хоть одну ложечку положи, - уговаривали они. – Невкусно же, - утверждали они.

Но я была тверда и непреклонна – мне нравится несладкий чай и точка! Я даже в пионерских лагерях приспособилась – подходила к поварам и просила у них кружечку нормального, крепко заваренного и несладкого чаю, вместо той жиденькой приторной бурды, что наливали всем остальным. И, что удивительно, мне всегда шли навстречу.

Помню один показательный случай. Было мне лет десять, кажется, и на какой-то праздник мы все собрались у бабушки Шуры. Естественно, с застольем. А после сытного обеда - традиционное чаепитие с тортом.