Воспоминания ветерана Великой Отечественной войны Портянского Андрея Ивановича.
Штрафная рота и безымянная высота.
В начале мая 1944 года нашу, вновь сформированную штрафную роту, из фильтрационного лагеря отправили на передовую под город Двинск. На передовой перед строем выступил наш командир роты капитан Звонарев. Он представился, а потом объяснил, что мы являемся бойцами 28-ой отдельной штрафной роты. В нашу задачу входило взятие высоты с дальнейшим удержанием. Также он предупредил, что за нашими спинами будут пулеметы заградительного отряда.
Остаток дня мы провели в окопах, с дрожью вглядываясь в высоту, которая была прямо перед нами. Все прекрасно понимали, что многие из нас навсегда останутся лежать на склоне этой высоты. Мы тогда даже не предполагали, сколько жизней заберет эта проклятая высота.
Рассвет начался с грохота канонады. Это наша артиллерия перепахивала немецкие окопы. Саперы ночью сделали проходы в минных полях перед немецкой передовой и порезали колючую проволоку. Команда «Вперед!» прозвучала внезапно, мы перелезли через бруствер окопа и в полный рост ринулись в атаку. В голове ни мыслей, ни страха. Выбора нет, только вперед с криком «Ура!».
Бешеный огонь немецких пулеметов вынудил нас залечь, но вновь команда: «Вперед!» заставила нас ползком продвигаться к немецким окопам. Краем глаза я видел, что многие наши солдаты уже не двигались, немецкие пулеметы сделали свое дело. Я еще жив и по инерции ползу на встречу своей смерти, ползу с трудом, передвигая тяжелый ПТР (противотанковое ружье), врученный мне перед боем. И вот мы видим впереди немецкие окопы, выстрелы из них все реже. Мы встаем в полный рост и бежим к окопам, видим спины убегающих фашистов. В ярости на ходу стреляем. Вся высота завалена немецкими и нашими телами. Преследовать немцев нам запретили. Капитан дал команду закрепляться на высоте и ждать контратаку.
Танки.
Мы расчистили окопы от тел. Я положил на бруствер свой ПТР и стал ждать немцев. Все тело колотила мелкая дрожь, только сейчас пришло осознание пережитого ужаса. Капитан, рядом в блиндаже, докладывал по телефону о потерях и просил подкрепления. Время было где-то около 11 часов утра.
Так прошел весь день, а потом и ночь. Мы уже вторую ночь не могли сомкнуть глаз. Где- то под утро мы услышали впереди рокот моторов и лязг гусениц танков, которые неумолимо стали приближаться. Раздались выстрелы. Вдруг впереди меня возник огромный силуэт танка. Я прицелился из ПТР и выстрелил, он встал, а потом вспыхнул. Рядом взрыв, меня кинуло на дно окопа.
Сколько я пролежал в беспамятстве, не знаю. Очнулся я в полной тишине. Почему такая тишина? Где все, где танки? Надо встать, но не могу, с трудом открываю глаза. Я завален толстым слоем песка, только голова наверху. Вижу, как в тумане, капитана Звонарева. Он помог мне встать.
Вокруг все было перемешано, и земля, и тела солдат. Не буду описывать тот ужас, что я увидел. Капитан мне рассказал, что четыре танка подошли к нашим окопам без пехоты. Один подбитый мной танк встал, а остальные три начали утюжить нашу траншею, стреляя из пулеметов.
Из двухсот человек в нашей роте осталось в живых только семь человек. Нас увезли в расположение штаба полка, где командир роты нам объявил, что мы искупили вину и будем распределены по действующим ротам.
Фотоматериал использован из свободного доступа Яндекс и является иллюстрацией мыслей автора.