Он лежал поперёк кровати на помятом бессонной ночью постельном белье. Солнце нещадно било в глаза - и когда только успело взойти? Мысли растекались приятной полудремой по всему телу, не давая сосредоточиться, собраться. Правый, отёкший за ночь бок нещадно кололо, сбитые кости правой руки ныли, заставив его, покосившись, поморщиться. Хотелось газировки, затянуться и лето. Желательно, всё сразу, конечно, но до лета, казалось, так же далеко, как до магазина на углу и полусмятой пачки в двух метрах от уютного гнездышка, тщательно свитого накануне. Нет, он почти не был пьян: алкоголь выветрился ещё вчера вечером, оставив только мутные воспоминания да тяжесть в висках. Однако хотелось растечься живой лужицей, перетечь на холодный пол и застыть, наслаждаясь собственной беспомощностью.
Эту ночь он провел с книгой в руке, как с мечом наперевес: врубался в первые ряды, атакующий вместе с героями, захватывал новые территории и плёл коварные интриги... Правда боролся больше со сном, воюя с собственным организмом, который яро протестовал против явного насилия над собой уже третьи сутки подряд.
Тишина повисла комками липкой паутины на стенах, противно дергаясь от малейшего шороха и отдавая электрическим, почти неслышным, и оттого всё более раздражающим звоном в ушах. Тихо звякнула задетая лапой бесшумного белого хищника пустая бутылка, подкатившаяся к своей товарке, такой же порожней и ненужной. За стеной щёлкнул выключатель, порождая приглушённые проклятья за стеной и ненависть к тонким стенам панельных многоэтажек в целом. Едва слышное ворчание, нудное, как профессорская речь в переполненной, сонной аудитории за неделю перед началом сессии, перебило всякое желание лежать, медитируя и настраиваясь на грядущий сон. Распинывая полупустые пакеты, из недр которых то и дело выкатывались плотные белые рулоны, наступая на просыпанные злаки, человек небритый, дальний потомок небезызвестного хомосапиенса, побрел к ближайшей двери.
Фонарь, стоящий напротив незашторенного окна и горевший всю ночь, при появлении ленивца на балконе отвратительно бодро мигнул, прощаясь, и отключился. Туда ему и дорога, впрочем. Всю ночь этот бесстыдник играл с простыней, создавая на стене напротив нелепые тени, отвлекая от чтения и заставляя коситься на обои.
Утренняя свежесть свалилась как увесистый гаечный ключ на голову, прокатившись в довесок ледяными санями по неприкрытому торсу. Зажигалка все никак не хотела нормально функционировать, посекая близко расположенные конечности колючими искрами. В желудке противно забурлило, напоминая о простейших человеческих потребностях вроде еды и всего, что с ней связано. Едкий дым оседал куда-то вниз, к ногам, будто прячась от внезапно переменившегося настроения Хозяйки-погоды. Окурок полетел в заметно набухший за ночь "ёжик" пепельницы, очевидно перелетел и рассыпался по бетонному полу фейерверком.
Холодный ветер, ужалив напоследок в спину отупевшего от бессонницы двуногого, полетел по улицам, подхватывая редкий забытый мусор, поднимая в воздух стайки откормившихся птиц и вихри пыли, обрушивая последних (и, частично, первых) на пустые остановки, парадные, детские площадки, оставляя скрипеть несмазанные качели и забиваясь во всевозможные щели. Хмурое, дырявое небо низко нависло над серыми высотками, будто впитывая в себя эмоции тысяч таких же храбрецов, уже показавших спину беспощадному утреннему воителю, и вползающих, словно сонные мухи, в свои плотно прокуренные, пропитаные перегаром и затхлым запахом коробки, чтобы предаться тем единственным развлечениям, которые теперь остались доступны: есть, спать, и... впрочем, тут каждому своё.
За стеной звучала пронзительно грустная мелодия для фортепиано, дрались соседи, кричал ребёнок. По эту сторону жизни на плите закипала мутная вода, в которую через пару мгновений отправятся слипшиеся пельмени. Щемящей тоской выедала сердце проклюнувшаяся мысль, никак не желающая оформиться, и от того беспокоившая все сильнее. Человечество медленно обрекало себя на смерть под аккомпанимент первых капель на мутных стёклах.
Расцветал шипастым восточным цветком бесконечный третий день Карантина в России.
