В 1920 году вступила в силу Восемнадцатая поправка к Конституции США, запрещающая производство, продажу и транспортировку алкоголя на территории США. Вместо оздоровления нации эта поправка дала противоположный эффект – алкоголь стал еще доступнее, потому что бутлегеры никогда не спрашивали паспорт. Также подпольная продажа алкоголя позволила «подняться» представителям ряда американских народностей «второго сорта», включая ирландцев.
К тому моменту в США уже успели сформироваться «старые деньги» (такие семьи, как Дюпоны, Тафты, Рузвельты, Буши, Уэлды), свысока смотревшие на выскочек из нуворишей (вспомните Джозефа Кеннеди, использованного Франклином Рузвельтом и потом выброшенным за борт, как старые перчатки). Позже каким-то нуворишам удалось купить «входной билет» в американскую элиту (тем же Кеннеди), а каким-то не так повезло.
В 1920е и элита, и средний класс, и пролетарии пили контрабандный алкоголь и танцевали в мюзик-холлах. Американская экономика также переживала спекулятивный бум, эффект от которого (в контексте британского бума 1980х годов) метко описал британский журналист Эндрю Марр – «прямо как в первый раз хорошенько напиться». В этот «вечно пьяный» Нью-Йорк прибывает еще один представитель «старых денег» Ник Каррауэй, чтобы стать биржевым маклером.
Он сразу окунается в атмосферу вседозволенности, но из каждого утюга звучит информация о вечеринках в огромном особняке загадочного Гэтсби. О Гэтсби идут самые невероятные слухи и в один день Ник получает, один из немногих, приглашение на очередную безумную вечеринку. На этой вечеринке Ник знакомится с Гэтсби и, вместо ожидаемого вульгарного гангстера, он видит элегантного молодого человека с манерами английского лорда, много лет сохнущего по живущей в несчастном браке двоюродной сестре Ника Дэйзи Бьюкенен.
Джей Гэтсби, как и Наполеон, верит в свою путеводную (или счастливую) звезду. Он замешан в множестве сомнительных мероприятий, но сохраняет нетипичную для представителей подобного бизнеса мечтательность и чистоту устремлений. Майкл Корлеоне сказал следующие точные слова о взаимоотношениях со старой элитой («Мы оба являемся частью одной лицемерной игры, сенатор»), но, в отличие от элиты, если Гэтсби потеряет свой аристократический лоск или всплывут сведения об источниках его доходов, то он сразу превратиться в конюха, с которым можно только переспать.
Представителям настоящей элиты разрешено лгать и лицемерить женам, участвовать в биржевых махинациях с ушлыми евреями, брать взятки у нахрапистых гангстеров, покупать алкоголь у бутлегеров, спать с женами автомехаников или с водителями. Но если кто-то из «людей второго сорта» попытается намекнуть на паритетные отношения, то их, за редким исключением, жестоко осадят.
Режиссеру удалось точно передать книжный мотив непроходимых для Гэтсби социальных перегородок и декадентскую атмосферу Нью-Йорка 1920х годов. Также Баз Лурман обладает талантом стилизовать под современность экранизации классики («Ромео + Джульетта»), но тут он прекрасно совместил шик 1920х годов и современный саундтрек. Единственное но – неудачный кастинг на роль Дэйзи Бьюкенен, потому что мне не верится, что ради Кэри Маллиган можно выбросить столько денег и энергии. Вот чтобы привлечь внимание Элизабет Дебики (Джордана Бейкер) я бы сам стал бутлегером, пошил бы костюм в Лондоне, выучил бы великосветские манеры и устраивал бы вечеринки.
А все же история США знает примеры ушлых людей, пробившихся на самый верх. Ведь ровно через 35 лет после издания «Великого Гэтсби» сын одного из «Гэтсби», вопреки всему, стал Президентом США. Поэтому не нужно воспринимать как чистую монету сладостный пессимизм Ф. Скотта Фитцджеральда, неплохо переданный австралийцем Базом Лурманом.
Ставьте лайк и подписывайтесь на меня - у меня много интересного! Также по этой ссылке для Вас содержится выгодное предложение на подписку на ivi.ru (включая 14-дневный бесплатный пробный период).
Ссылка на запись в Живом Журнале: https://dm-bondarenko.livejournal.com/77656.html.