Дело то в зиму было. Шел как то по дороге и что то в груди забарахлило. Упал в сугроб значит, да и заплакал так, что снег вокруг меня стал таят. Навзрыд. Да и не из-за холода, что замерз и не от боли в животе, что за последние два дня не ел кроме, что снега топленного ничего. А из-за того, что голод был сердечный. Не кому было то свою душу распахнуть, поговорить сердечно, да все и без утайки рассказать и совета попросить.
Ну, а кто мимо то шел и бросал не добрые взгляды или слова сожаления, могли бы понять тоску мою то? Кто то кинул кусок хлеба да и прогнал прочь.
Зашел за поворот, а я все мрачнее тучи, да тут еще как назло ногу ушиб от камень. Сел чтобы на ногу посмотреть – аж, ты! В кровь палец отбил. Да и голос слышу «Еще один, ходит тут! Давайте, давайте ходите, не обращайте на меня внимания! Вам то не в пору знать, что мне даже не с кем и словом обмолвиться»
Посмотрел по сторонам значит, повертел головой. Не пойму от куда голос то. А голос в ответ мне «Ну что, не веришь, что камни могут разговаривать?»
Посмотрел на камень и обомлел. Говорю ему «А знаешь, мне то тебя не сложно понять. Горе мое такое, как у тебя – ищу кому я мог бы свои мысли, да и боль и радость сердечную доверять»
А камень в ответ «Давай дружить, вместе будет горевать»
Согласился я, да и в карман его положил. Осветилось тогда внутри то, будто солнышком весенним.
Много много времени мы провели в разговорах. Иногда так было, что до слез от смеха или просто сидели тихо рядом, или плакали и причитали. А люди проходили мимо. Иногда ругались, иногда сожалели «Эх, бедный бродяга, совсем уж ума решился» Но не в домек было им, что это я от радости.
Сколько мы дорог исходили, да холмов перешли – не сосчитать, да то и не нужно, ведь дружба то сердечная в поддержке и понимании, да и в теплоте простой.
Кто то из народа спрашивал, «А где тот бродяга, что ходил да ходил по дорогам?»
«Да упал наверное в канаву, да так, что больше не поднялся». Отвечали некоторые. А кто сказал «Мы слышали, что сел он на корабль, что плыл в заморские страны, да в такие дали, что попав туда – никто от туда не возвращался»