Такой вопрос приходит мне в голову в последнее время всё чаще. И не потому, что я такая уж старая. Хотя, конечно, не верится, что уже перешла 70-летний рубеж - ведь внутри все ощущают себя если не молодыми, то просто зрелыми людьми. Вот когда "молодеть" вдруг начнёшь стремительно и впадёшь в детство... То да, это сигнал тебе, что пора и честь знать.
Но речь не об этом. А о последних событиях, которые и натолкнули на подобные мысли. Меньше чем через пару месяцев после того, как пролетело нежаркое питерское лето, я перенесла сложную операцию в связи с онкологией. И осталась жива. Это ли не счастье! Выстроила программу восстановления, а затем, укрепив здоровье, можно было бы окунуться в культурную жизнь города. Но все планы разрушил этот невесть откуда взявшийся КОРОНАВИРУС. Вот надо же, не просто вирус, а коронованный! Кем? Не иначе самой Смертью. Тут же рухнули нефть, рубль, а цены, наоборот, взлетели, начался ажиотаж с продуктами и лекарствами...
Что-то мне это остро напомнило... Ну как же - всё это было в нашей жизни, и не раз. Людям моего поколения даже излишне называть их - достаточно напомнить даты. 1986-й, 1989-й, 1991-й, 1998-й, 2008-й, 2014-й и, наконец, нынешний, с красивым и оооочень редко встречающимся чередованием цифр. А как раз в мой очередной день рождения объявили эту ужасную пандемию. Какое тут восстановление здоровья, какая культурная программа? Не слишком ли много катаклизмов для одной - всего одной - жизни? Если начать вспоминать...
Родилась я через три года после Победы. Почему не через год? Потому что моего будущего отца отправили воевать ещё и в Японию. Думаю, не нужно объяснять, какая жизнь была в те времена в Ленинграде, пережившем блокаду и вражеские бомбардировки и обстрелы. Жили с родителями и младшей сестрёнкой в коммуналке на Чайковского, в двух крохотных комнатках по 10 м, с окнами, выходящими на глухую стену, посредине которой "красовалась" заделанная красным кирпичом огромная дыра от снаряда. Правда, дом был не простой, а особняк некиих Барятинских-Нарышкиных, в котором, с парадного входа, находилась и школа, куда я пошла в первый класс.
В стране тогда был разгар сталинских репрессий, которые хоть и не коснулись моих родителей, но, пройдя всю войну с первого до последнего дня, они получали нищенскую зарплату и жили в таких вот условиях. До начала 60-х никто и не вспоминал, что они воевали, что отдали какой-то долг Родине - этой самой Родине не было до них никакого дела.
Ну а потом, как вы понимаете, настали "хрущёвские" времена с денежной реформой, с серыми батонами по 10 копеек, прибитыми к стенке, но и новосельями, которые опять же нашей семьи почему-то не коснулись. Хотя, если честно, меня-то всё это тогда не особенно заботило, ну бедные, одежду перешивали из военных шинелей, а вместо детской кроватки у меня был огромный, как мне тогда казалось, посылочный ящик, куда клали матрасик и суконное одеяло, привезенное с фронта. Но тогда большинство так жили, а были и беднее, например, семья кочегара и дворничихи с пятью детьми, которые вообще ютились в крохотной квартирке под аркой нашего дома. Мы играли вместе во дворе, вырезали из бумаги "принцесс", собирали разноцветные стекляшки и ленточки и хвастались друг перед другом своим "богатством".
Да, совсем забыла: мы ведь пережили тот самый 1960-й, когда наш мир чуть было не полетел в тартарары и-за подлой политики нашей власти, поставившей Землю и человечество на край ядерной катастрофы. Сейчас об этом как-то подзабыли, а тогда это было страшной реальностью. Помню, как ревела моя младшая сестра, а когда её спросили, почему она плачет, ответила: "Да-а-а, вам-то хорошо, вы уже старые, а я маленькая, я не хочу умирать!"
Более-менее благополучной жизнь стала в период так называемого застоя, в брежневские времена. Хотя мне очень не нравилось, что из центра города пришлось переехать в Кировский - пролетарский - район. И школы с французским языком рядом не было, пришлось ездить в свою родную на метро. В этот же период окончила школу, поступила в университет, получила диплом, устроилась на работу... Всё, казалось бы, было прекрасно! И хотя приходилось с ночи стоять в очереди за импортными сапожками, пальто "доставать" через мамину работу, всякие там кофточки-юбочки-шапочки - через знакомых или комиссионку, но как-то выкручивались и вроде неплохо выглядели. Да, и в те времена дефицита я научилась шить и сама себе шила даже платья и костюмы.
Да, и про настроение. Во времена СССР казалось, что "лучшее, конечно, впереди". Слова "будущее" и "надежда" были самыми популярными словами. Правда, про коммунизм как-то уже подзабыли, но о будущем всё равно не тревожились.
И вот в один момент буквально грянули Чернобыль и перестройка. А следом талоны на сахар, макароны и водку. И вместе с ними потеря работы и снова бедность, очереди за продуктами, дефицит. Ну в Питере еще ладно, в конце-концов есть Елисеевский. Но, помню, съездила в 80-м в Томск и увидела там огромные магазины с тянущимися на десятки метров абсолютно пустыми прилавками, уставленными поверху консервными банками с морской капустой. Это зрелище незабываемое!
Ну а потом, как вам известно, была "павловская реформа", на которой люди потеряли все свои накопления, затем случился ГКЧП, девальвация и "галопирующая инфляция", правда, зарплату платили сотнями тысяч рублей, которые назавтра превращались в ничто. Казалось бы, ещё немножко - и "капитализм с человеческим лицом" победит. Он и победил. Нас. После очередного дефолта многие так и не оправились. Тогда мне пришлось сменить пять или шесть мест работы, чтобы хоть как-то заработать на еду, ни о чём другом не приходилось и мечтать...
А ведь вся эта свистопляска пришлась на мои сорок тире пятьдесят, когда вроде как уже должен достичь пика в карьере и почивать на лаврах. Фигушки вам! Работать приходилось на износ, так как иначе можно было просто отбросить копыта. Помню, как радовались поначалу кредитам, щедро выдаваемым "добренькими" банками, и как потом годами выбирались из долговой кабалы...
Устали? Честно говоря, я тоже. И только где-то к середине "нулевых" - а мы уже, на минуточку, пенсионеры - как-то всё устаканилось. Пенсия, работа, разные "халтурки", "удалёнка", в общем, жить можно. Дети, опять же, выросли, встали на ноги.
Но, как говорится, рано расслабились. Кризис 2014-го снова ударил по самым беззащитным. И снова пережили. И вот те пожалста! Нет, это нереально, и вообще - столько не живут! Чтобы столько всего - и на одно наше поколение...
Нет, я не паникую. Но это как раз тот случай, когда не знаешь, проснёшься ли завтра живым.
