Летним вечером, когда жара уже пошла на убыль, решил я затопить баньку, зашёл внутрь, а на полке кот сидит. Лапы вместе сложил, пушистый… шерсть чёрная, усища белые, смотрит на меня, ну впрямь как человек. И вспомнилась мне история одна, одна из тех, что тёща моя, травница, любила рассказывать.
В соседнем селе жила одна семья. Жили ладно да правильно, дом построили новый деревянный, скотину завели, сына родили. Мать ребенка берегла как зеницу ока, за ворота одного не пускала, от людского сглаза прятала, пылинки сдувала. Но разве уследишь за всем, залез он как-то на крышу бани и упал, когда спускался, прямо на груду старых камней, принесенных откуда-то отцом. Умер на руках у матери не сразу, послали за лекарем, но жил он далече, к его приходу всё было кончено.
Материнское горе ни с чем не сравнится, винила она во всем то себя, то мужа, что лестницу не убрал, да камни приволок. Есть перестала, всё плакала да причитала, через месяц успокоилась, присмирела, всё больше спала, забросив домашнее хозяйство.
Мальчик стал приходить к ней во сне, там они были опять вместе и счастливы, как будто и не было разлуки и смерти. Сон-трава стала ей помощницей. И чем больше она находилась во сне, тем сильнее зазывал он её к себе, только клятва, данная при алтаре, не давала ей покинуть этот мир. Как не разрывалось её сердце, она всегда отказывалась. Где-то внутри ещё не погас огонек любви к супругу.
Однажды она вышла во двор и увидела кота, он сидел на крыльце и не отрываясь смотрел на женщину: «Ванятка!» - воскликнула она и обняла кота. Глаза его и впрямь были как у мальчика - человеческие. Вырвался он из рук и полез по лестнице на крышу той самой бани, она метнулась за ним, да только сорвалась и упала на те же самые камни. И умерла так же, как и сын её, а кот тотчас пропал. Вот и неизвестно, кот это виноват или не кот это был, да ещё поговаривали, что камни те самые хозяин принес с кладбища, разобрав чей-то разваливающийся склеп.