Иващенко откинулся от стола, набитое брюхо перестало подавать сигналы в заплывший жиром мозг. Лоснящееся круглое лицо его светилось в полумраке, голубой свет аквариума играл на отвисших щеках и тройном подбородке. Кто сказал, что толстые люди по природе своей добродушны, наверно перечитал в детстве рассказов про Карлсона. 120 килограмм, сидевшие напротив, представляли собой реальную угрозу. Несмотря на прохладный ветерок, гулявший по дубайскому ландшафту, меня изрядно потряхивало, пот предательски заскользил по спине.
─ Не заставляй меня форсировать события, звони, ─ тускло, без эмоций двинул губами монстр, ─ поживешь еще немного. А может я тебя вообще отпущу, может это не ты все придумал. А? Наташку сюда!
Он стукнул вилкой по столу, в то же мгновение возле него вырос Тимофей.
─ Тимми! Позови сюда охрану. Двое из ларца пусть придут. Мне надоело ждать.
Я окаменел. Эта парочка была известна в городе, в основном показательными боями, периодически устраиваемыми в спортивном зале, который также принадлежал Иващенко. Мощные накачанные бойцы, со сломанными ушами и ужасающего вида мышцами, неторопливо вошли в кабинку.
─ Не играй со мной. Я могу и сам ее позвать, прибежит как миленькая. Но я хочу, чтобы это сделал ты. Здесь командую я, учти это. Кивну головой, и ты инвалидом станешь.
Но я не позвонил. Не потому, что я такой смелый или сильный, нет. Я подумал, что потом не смогу сам себе объяснить, зачем я затеял весь этот спектакль. И втянул Наташу.
Иващенко с сожалением еще раз посмотрел на сидевшего рядом в оцепенении человека и махнул рукой. Через секунду внутри меня взорвался красочный яркий шар. Это пудовый кулак одного из бойцов опустился сверху на голову. Страшная сила вышибла из кресла, как пробку из бутылки шампанского, что-то липкое залило глаза.
─ Погоди-ка. Вот упрямый. Вы его сломаете раньше времени, говорить не с кем будет. А ему еще шоу смотреть. Посадите на место. Вытри ему рожу чем-нибудь, Тима.
Кирилл со вздохом достал мобильник из кармана и сальными от плова пальцами принялся тыкать в кнопки.
─ Черт! Салфетку дай! А, вот. Быстренько причепурилась и ко мне! Оденься, как я люблю, не забыла еще? Ну и умница, я жду.
Ох, что сейчас будет! Пацаны, бесплатно, специально для вас! Вот этот придурок, который сидит и молчит как партизан, сейчас увидит, на что способна его первая любовь. Я все точно отражаю, ничего не путаю? Ты ее любил с самых пеленок, мне так передали. И страдал там, ходил за ней по пятам, все верно? Отлично! Тимми, давай сюда шест! Парни, помогите ему.
Вскоре троица установила посреди зала, рядом с цилиндром аквариума, переносную сцену с металлическим шестом по центру. Иващенко возбужденно потирал толстые пальцы рук, от нетерпения он схватился за бутылку коньяка и прямо с горла влил в себя изрядную дозу.
Не прошло и получаса, как Наташа появилась в проеме кабинки. Одетая в блестящее короткое платье, обтянувшее погрузневшее с возрастом тело, роковая женщина всей моей жизни хихикнула самым непристойным образом. Красные толстые губы, на которых лежал килограмм помады, скривились в уже знакомой усмешке.
─ Мальчики! Вы уже начали? Могли бы меня подождать, сами пригласили даму, а уже наклюкались? Кирюша! Кто это с тобой? В крови что ли??
─ Это дружок твой сердешный, не узнаешь? Мы его немного потрепали, не вытерпели, уж извини. Вел себя неправильно. Молчит и молчит. Как вы объяснялись, он глухонемой, что ли? Раньше вроде бы разговаривал, а сейчас в штаны наложил со страху, слова не может вымолвить. Проходи!
─ Да нужен он мне! Кирюша, ты же знаешь, как я тебя люблю! Дорогой, даже не думай.
─ А сможешь станцевать для меня? Как ты умеешь? Приготовили для тебя сцену, давай!
─ Ну нет! Ту народа слишком много, я не могу. Для тебя одного пожалуйста!
─ Так вот какая ты! Песня была такая, не помните? Ох и нравилась мне. А все-таки станцуешь. Или прогоню навсегда, перекрою кислород, сама знаешь, я могу. Потом приползешь на карачках и вымаливать прощения будешь, да поздно.