С детских лет Елизавета играла с жизнью в загадочную, только ей ведомую игру. С тех самых пор, как будучи двенадцатилетней девочкой, нашла на старом, густо украшенном гирляндами пыли и мишурой паутины, бабушкином чердаке, кем-то забытые игральные кости. Простые, выбеленные от времени кубики, дайсы или зарики, как называют их в Азии, когда-то были розовыми с маленькими золотыми нанесениями чисел. Теперь же обозначения едва различались на истертых сторонах костей.
Елизавета неоднократно задумывалась о том, чтобы поменять их, купить новые, из слоновой кости или полудрагоценного камня, но каждый раз оставляла эту идею. Вдруг, жизнь просто откажется играть с ней в другие, вдруг они не будут работать должным образом? А в том, что они действительно работали, у девушки не оставалось никаких сомнений.
Множество раз в день она бросала кости перед тем или иным событием, и, если выпадало меньше шести, отказывалась от планируемого мероприятия немедленно. Как показывал ее опыт, и весьма немалый, в таком случае все равно ничего не выйдет. А может и плохо кончится. Если же на нее смотрели семь или больше делений, Елизавета смело осуществляла задуманное, зная наперед, что все удастся как нельзя лучше, - жизнь всегда признавала выигрыш.
Давно разучившись принимать решение самостоятельно, девушка даже выбор утреннего транспорта останавливала, полагаясь на то, что шепнут ей маленькие кубики. Ведь, мало ли что может случиться в метро. Да и ездить по московским дорогам в такси, так же небезопасно. Идти ли в гости, довериться ли новому знакомому, купить ли дорогую мебель, поменять ли работу или поехать отдыхать за границу – все это зависело от количества едва видимых дырочек на, выброшенных ее тонкой рукой, костях.
Однажды, зимним воскресным утром, Лизу разбудил сигнал поступившего СМС. Ник… Руки девушки внезапно затряслись, а дыхание сбилось. Она смотрела на определившееся имя отправителя и не решалась открыть письмо.
Значит, Никита снова в России. Пять лет от него не было никаких вестей, пять долгих, блеклых и тягучих лет прошло с тех пор, как она, отказавшись стать его женой и уехать жить в Лондон, вырвала из груди свое сердце, заменив чувства игрой.
Судорожно вздохнув, девушка, наконец, прочла сообщение. «Здравствуй. Я в Москве. Скучал по этим улицам и людям. Прогуляемся вечером?»
Казалось, будто в эту минуту, кто-то перевернул в ее душе огромные песочные часы, и воспоминания, не тревожимые много лет, песчаными крупицами посыпались сквозь нее, заставляя сердце оживать.
«Здравствуй! С радостью! Так давно тебя не видела…» Елизавета смотрела на только что набранный ею ответ и не решалась отправить. Но и бросить жизни вызов, узнать, стоит ли ей снова встретить этого человека, она не решалась тоже. Ведь проигрыш означал бы потерять Никиту снова, заново пережить все ту боль упущенного счастья, которая однажды изменила ее до неузнаваемости.
Все утро Лиза металась, хватаясь то за кости, то за мобильный, выпила три чашки кофе подряд и, не найдя себе места, принялась наряжать новогоднюю ель, купленную только вчера.
Шар за шаром, гладкие разноцветные елочные игрушки оказывались на пушистом ароматном дереве, меж волн серебристого дождика. В некоторых фигурках, словно в окошках, Лизе виделись картины их совместного с Никитой счастья, и тогда блестящие огоньки украшений мутными пятнами расплывались перед ее глазами.
К вечеру, совсем измучившись неопределенностью, девушка просто сидела в кресле и держала в руках любимую книгу. «Доводы рассудка» Джейн Остин – произведение, повествующее про второй шанс и важность собственных решений вопреки всему. За окном, вечернее небо отражалось в каждой, медленно парящей снежинке, а свет фонарей казался теплым и таинственным. Игральные кости лежали перед Лизой на отполированном круглом столике нетронутые, и издевательски притягивали взгляд, словно оскаленные зубы хищника.
Нельзя сказать, что девушка совсем не ожидала раздавшегося внезапно дверного звонка, ведь каждый из нас, на уровне инстинктов, все равно верит в непременность будущего счастья. Но эйфория удивления и детской радости захлестнула ее с головой, когда, открыв дверь, она увидела на пороге дышащего морозом Никиту, с веселыми искорками в глазах.
- Ты готова? – Он просто чмокнул ее в щеку, и этот жест означал больше любых слов.
- Да, я сейчас! - Елизавета в спешке накинула шубу и, вслепую застегивала сапожки, не в силах оторвать взгляд от улыбающейся фигуры, застывшей на пороге.
- Еще одну минуту, - вспомнив что-то, прокричала Лиза, бегом возвращаясь в комнату, и безжалостно смахнула со стола оставленные кости.
Когда за ушедшими захлопнулась дверь, квартира погрузилась в полупрозрачный мрак. Елочные игрушки слегка сияли в танцующем вечернем свете, а на дне пустого мусорного ведра одиноко лежали два маленьких кубика. Двенадцатью отверстиями кверху. В это время часы пробили полночь.