У меня плохой почерк. Когда я в школе писал сочинения, очень утомляло водить ручкой по бумаге, в старших классах я думал быстрее, чем мог писать. Ещё раздражала необходимость писать план этого сочинения - вступление, основная часть, заключение, выводы. Расшифровывать эти пункты... А придерживаться плана ещё утомительнее. Ведь сочинение писалось само - мысли вытекали друг из друга, приходя в голову прямо в процессе вождения ручкой по бумаге. Тут было главное - вовремя заткнуть фонтан. Хотя нормативы размера школьных сочинений росли от года к году, наша Наталья Леонидовна, царствие ей небесное, не очень придиралась к объёму, если форма была выдержана и тема раскрыта. Так что рекордно коротким стало написанное в девятом классе на двух с половиной тетрадных страничках.
Конечно, я не был "лучшим литератором", особенно, если принимать в сравнение и параллельный класс тоже, где блистали две или три будущие золотые медалистки, но сочинение в институте было для меня самым лёгким экзаменом, гораздо легче физики или математики. Но вот потом ни разу это не пригодилось. Ну, то есть, вообще. Не требовалось, не нужно было, литературного дара от меня никто не ждал, да и школьные сочинения развивают вовсе не литературный дар, а умение регулировать "поток сознания" - затыкать фонтан.
Лишь через много лет после института, когда интернет набрал силу, стал я писать статьи для интернет-ресурсов - естественно, сперва, в основном, про компьютерные железки, ибо это мне было близко, понятно, а, главное, я мог объяснять доходчиво. Правда, от литературы это было ещё дальше, чем школьные сочинения. Они, по форме, - критика, а по содержанию - словесный мусор, чтоб не сказать сильнее, но, всё же, требуют связности. Статьи же про "железо" - это лишь слегка беллетризованные справочники, таблицы и диаграммы. Я даже думал, что это - мой потолок, что истории я рассказывать вовсе не умею, потому что, в своё время, в школьных сочинениях планом пренебрегал.
Поэтому первая моя публикация в настоящем бумажном журнале, апрельской "Подводной лодке" за 2001 год, была, хоть и не о компьютерах, но, по форме, такая же "околожелезячная" статья. Лишь в 2003, начав писать для "Популярной механики", я стал что-то рассказывать, но выходило всё равно чересчур занудно. Хотя редакторы не возражают, и, видимо, статьи эти нравятся, как рядовым читателям, так и профессионалам. Последних, видимо, радует минимальное количество "ляпов", по сравнению с опусами профессиональных журналистов.
Типичный объём этих статей сейчас - 12-16 тысяч знаков. Больше не выходит. Ибо отсутствие плана теперь стало мешать. Даже в этих статьях я забываю иногда сказать, что хотел, спохватываюсь, но вернувшись, не могу "вставить", плюю и пишу дальше. И истории из собственной жизни рассказывать могу, лишь в объёме этих 16 тыщ, будь они неладны! Например, в ЖЖ я пытался описать своё первое путешествие в Крым, бывшее в студенческие годы - выдохся, бросил, так оно и валяется недописанным. Там про "Крым-юг-жару" - такое было кодовое название у экспедиций на юга, особенно, среди спелеотуристов Физтеха. Я, вообще-то, домосед, и до 4 курса Крыма не видел вообще, и не увидел бы ещё немало лет, но тогда меня соблазнил Володя Аринин, старший товарищ, известный в узких кругах спелеолог, походник, фотограф и рассказчик.
Ух, какие байки он травил! На любые темы, не только о фотографии и пещерах! Снимал он, кстати, очень хорошо, и я пытался у него учиться. Кое-какие технические вещи я освоил, и мы с ним даже вместе обрабатывали детские сады летом. И вот, однажды, вдохновившись одной из его баек - про то, как он с ещё двумя соратниками фотографировали детей в каком-то Забайкалье, я с другим приятелем-фотографом решил снарядить экспедицию "за длинным рублём" в другой восточный регион нашей необъятнейшей родины, благо, там, на улице Геологов посёлка Геофизиков Богучанского района Красноярского края, жил его старший брат, у которого и можно было бы остановиться на эти несколько дней - институтские зимние каникулы плюс прихваченные от занятий пара суток "до наступления войны". Экспедиция кончилась полным фиаско в финансовом плане - не по нашей вине, просто, обстоятельства сложились против нас. Карты так выпали.
Но само путешествие оставило глубокий след в душе, как это ни банально звучит. Я впервые почувствовал и увидел чудовищность размеров нашей родной страны. Четыре с лишним часа на одном самолёте, плюс ещё час на другом, и всё это - не восточный край, а где-то чуть за середину. Я отмерял по карте (надо бы по глобусу, да не было под рукой) расстояние до Красноярска, и откладывал его на запад, вместо востока, и оказывался в воде! Кончилась Европа, начался Атлантический океан!
Специфика, мда. Можно всю жизнь путешествовать по родной стране, и увидеть лишь малую её часть. Вот моя жена была на Байкале - но не видела Ангару. А я был на Ангаре, но только зимой, и не видел её летом (а Байкала не видел совсем). И при этом, в Подмосковье, говорят, есть очень красивые старые города, которых я так и не увидел до сих пор, не говоря уж о каких-нибудь разномастных морях...
В те годы я не думал о путешествиях за границу - ещё не кончился даже срок действия "подписки о неразглашении", которую все студенты МФТИ давали в конце первого семестра. Собственно, в это время я совершенно иначе представлял свою будущую жизнь. Тогда, придумывая шуточки вроде "пятилетку - за четыре генсека", мы ещё не знали, что прежняя жизнь, прежняя страна и прежняя история кончились. Кончились и прежние мы, так как инженеры-физики в таких количествах Новой России не нужны были, а нужны были какие-то совсем другие люди.
И инженеры-физики стали массово "сваливать" в более тёплые края. Я сваливать не хотел, и не собирался, но на Америку посмотреть был не прочь, и, когда представилась такая возможность, очень обрадовался. В Нью-Йорк я прилетел 1 января 1993 года. Это был всего лишь второй в моей жизни большой перелёт, считая "туда-обратно" за одно путешествие. Я продолжал оставаться домоседом, хоть и не таким радикальным, как раньше. И собирался, посмотрев на ЮСА, когда деньги кончатся, отправиться восвояси - на кусок хлеба себе я уж в Москве заработаю, а про всё остальное можно пока не загадывать. И вернулся, хоть и едва не опоздал на самолёт в Москву.
Через два года я снова оказался в Нью-Йорке, уже с намерением, может быть, остаться там, если дело хорошо пойдёт. Хорошо, в том смысле, что мне там понравится. Мне обещали какую-никакую работу, в ближайшей перспективе - и рабочую визу, и все блага американского образа жизни, но как-то не прельстиво вышло, и, всего через месяц, гораздо быстрее, чем первый раз, я вернулся обратно в Москву. И сразу после возвращения прочитал про "подвижность населения" статью, то ли в "Технике-молодёжи", то ли в чём-то подобном - мол, что средний житель проезжает в год 1500 км туда-обратно, и что в Западной Европе этот показатель втрое выше. Поделив 7700 км от Москвы до Нью-Йорка на два, я подумал, что, хоть до западноевропейского уровня и не дотягиваю, но уже домоседом считать себя права не имею. Тем более, что, в промежутке между этими двумя путешествиями, покатался из Москвы в Питер несколько раз, так как там была российская "база" моих американских друзей.
"Он и в третий раз пришёл за ёлкой". В смысле, ещё через два года я соскучился по Нью-Йорку и своим нью-йоркским знакомым, и в обмен на обещание помочь с доводкой нового девайса, мне оплатили билет туда-обратно, и я впервые смог немножко побыть туристом, съездив на север в Бостон и на юг в Вашингтон. А вот в Филадельфии так и не побывал - возможность съездить в Пенсильванию была у меня лишь в первом путешествии в США, но тогда я ею не воспользовался, думал, успею ещё, а тогда вставать надо было в пол-седьмого утра...
И - всё, как отрезало! Где-то в глубине я чувствовал, что больше в Штаты не попаду. Ну, в разумно-обозримом будущем, по крайней мере. Но не только в Штаты, вообще, моя "двигательная активность" резко снизилась. Четыре года я дальше Арзамаса никуда не ездил.
А потом жизнь сделала очередной крутой поворот, и день своего 35-летия я встретил в самолёте, летящем на восток дальше, чем Красноярск, а на юг - дальше, чем Вашингтон. И намотал я в Гонконг и обратно за три года 143 000 километров. Лишь однажды траектория загнулась в Шанхай, и пару раз продлилась до Тайваня. Всего же, с 2001 по 2011 годы, я побывал в Гонконге пятнадцать раз.
Но лишь в 2007, через 10 лет после последней поездки в США, я полетел снова через Атлантический океан, да не куда-нибудь, а на Кубу! Во-первых, это почти что самый длинный действующий маршрут Аэрофлота. Во-вторых, "Куба - любовь моя", настоящая детская мечта. В-третьих, туда обязательно нужно было успеть, пока ещё жив был Фидель, а то будет совсем другая страна, как наша после 1991. В-четвёртых...
Да много ещё всего! Я хотел бы побывать на всех континентах, но, если к Латинской Америке Куба, без сомнения, относится, то к Южной Америке, так же без сомнения, не относится (а в Северной я уже был :) ) У моей мамы хранится книжка с рассказами кубинских писателей - мне её подарили на 115-летие нашей школы, я тогда учился в 4-м классе. "Меня зовут Коадовальдо Эрера", так, вроде, она называется.
На самом деле, в "сбыче мечт" есть и разочаровывающие стороны, и люди, при встрече, оказываются совсем не такими, какими я их навоображал. Хотел я посмотреть всё, до чего можно дотянуться в бюджетной поездке. Я, в итоге, так и не составил план и не заререзвировал гостиницу, ездил дикарём и жил в casa prticulara. Всё получилось. Вот только...
Я так и не смог описать словами путешествие на Кубу, так, чтобы это было интересно читать настолько, что кто-нибудь напечатал бы. Много раз брался за это, рассматривал фотографии, начинал писать, и бросал. Даже, спустя семь лет, поехал на Кубу ещё раз, теперь уже, с женой, но и после этого ничего у меня не вышло. Поэтому Дзен дал мне возможность, которая мне так была нужна - ещё раз рассказать.
Все фотографии в статье - авторские. На заглавной - Христос в Гаване.