Продолжение статьи: "Хирург с лопатой. Душанбе. 201мсд. Знакомство с дивизией и батальоном."
Для полного и быстрого понимания всех прелестей службы в батальоне вечером первого дня я был отправлен в наряд дневальным по штабу. Этот наряд кардинально отличался от нарядов в учебке. Это в учебке нас приучили к строгому распорядку. 2 часа в наряде, 2 часа отдыхаешь, 2 часа бодрствуешь. Здесь всё проще. В штаб зашел в 22 часа, покинул штаб в 7 часов утра. Ночью пару звонков от дежурного по части, чтобы убедиться, что ты живой, и весь контроль. Ночью, чтобы не заснуть печатал письмо домой на машинке, тыкая одним пальцем по клавишам. Письмо написал и ночь прошла.
Утром после завтрака я был вызван комбатом для разговора. Разговор был очень коротким и значимым для меня. Узнав, что до армии я работал на КРАЗе, он быстро подвел нашу беседу к окончанию. "Отлично. Значит, с Уралом справишься. Поедешь в Отар на три месяца учиться на автокрановщика."
Из штаба вышел ошарашенный таким известием. Шесть месяцев честно отпахал в Тапе, теперь ещё Отар. Полет нормальный. Сразу вспомнился поезд Ташкент-Душанбе. Споры с сержантами-саперами о крутости учебок, которые мы закончили. Мне предоставилась возможность реально сравнить всю "прелесть " учебных процессов в этих учебках.
Сержанты Антон и Эдик мне посочувствовали. Парни -технари наоборот подбодрили меня. " Не боись. Кран транспортный 8Т210 с электрическим приводом, один на всю дивизию. Сядешь на кран, будет просто работа, а не служба. В казарме будешь редко появляться."
День прошел за работами в парке. Увидел свой будущий кран поближе. Кран собирался в Иваново, базовая машина Урал-375, из Миасса. Земляки, куда деваться. В настоящий момент на кране работал солдатик осеннего 1969 года призыва, но документов на право эксплуатации крана у него не было. Поэтому отправляли учиться меня.
Вечером умотанный бессонной ночью в наряде, "радостным" известием об учебе в Отаре, дневной пахотой в парке, после команды "Батальон, отбой" замертво рухнул в койку. Краем глаза увидел дембелей, сидящих в углу казармы и попивающих винишко. Приземлившись на кровать, я мгновенно уснул.
Сон как рукой сняло от крика дневального: "Батальон, подъем! Тревога!" Натянув на себя х/б, запрыгнув в сапоги, рванул в оружейку за автоматом. В дверях казармы стоял незнакомый полковник и внимательно наблюдал за нашими действиями. В общей суматохе не сильно было заметно неадекватные движения дембелей, которые улеглись спать совсем недавно. Получив автоматы, мы бегом в парк. В голове крутится мысль:" Четко начался мой 19-й день рождения. Запомню на всю жизнь."
В парке завели все машины, которые необходимо было заводить по тревоге. Но на полигон в Ляур ушла только саперная рота, погрузившись на транспортер К-61 и БАВ. Остальные бойцы остались в парке у машин и в охранении.
Во все временные нормативы батальон уложился, поэтому вскоре проверяющий полковник из штаба дивизии удалился. Но приказа "Отбой тревоги" не поступало. Так с 2 часов ночи до 14 часов дня мы, периодически сменяясь, несли вооруженную охрану нашего парка. Я замерз страшно, так что даже желание сна отошло на второй план. Когда стоял с автоматом на охране парка, из головы не уходили мысли о сегодняшнем девятнадцатом дне рождения. Точно знал, никогда не забуду этот день.
Тревога закончилась в 14 часов, когда саперы вернулись с полигона. По тревоге батальон отработал неплохо, проверяющий даже не заметил поддатых дембелей. Хотя без маленького конфуза не обошлось. Одного из дембелей, механика- водителя БАТа, когда они тащили в парк ящик с патронами, шарахнуло в сторону, и он так приложился лицом к колонне, что один зуб вылетел с корнем, а второй отломился наполовину. У парня сразу пропал интерес к боеготовности батальона да и всей СА в целом. Его понять было можно,он скоро уходил на дембель.
После ужина, когда все отправились в казарму отдыхать, меня снова поставили в наряд в штаб. Вот так прошел мой 19-й день рождения. который запомнил на всю жизнь.
Всем спасибо. Здоровья, удачи.