Сейчас на карантине есть время для общения. Здравствуйте, кто меня знает, и те, кто пока еще не знают. Давайте познакомимся.
Завязывание контакта-- это самая непростая часть знакомства. Вызывает интерес и при этом тревогу, смущение.
Обычно, сначала люди узнают друг друга поближе: какие у них интересы, что между ними общего, что их объединяет.
Психологи/психотерапевты шутят, что люди объединяются по тем травмам, которые у них есть.
Предлагаю познакомиться со мной как с психотерапевтом.
Я еще не писала о том, что является предметом моей специализации. Это от меня самой как-то ускользало.
Я постаралась сконцентрироваться. Напряглась. И вышла тема... -- надежная привязанность у детей и взрослых.
Почему именно эта тема?
В свое работе часть вижу у детей и взрослых последствия несформировавшейся надежной привязанности. Чувство недолюбленности, недоверие к миру, неверие в себя, неумение общаться, неудовлетворенность отношениями в паре, с детьми, с родителями. Крайние варианты: домашнее насилие, аутоагрессия, психосоматика, невротическая депрессия.
Ко мне обращаются мамы по поводу детей из-за нарушения поведения в школе, нежелания учиться и/или ходить в школу.
Обычно мамы не справляются с теми переживаниями детей, с которыми не справляются сами.
Почему не справляются? Потому что было недостаточно опыта надежной привязанности со своими значимыми близкими (мамой/папой, мачехой/отчимом, бабушкой/дедушкой, воспитателями/учителями).
Почему?
Они дети своих родителей, которые родились после войны. А их родители/прародители пережили войну, репрессии, раскулачивание и другие лишения.
Мы несем межпоколенческий/трансгенерационный опыт психологических травм. Необходимо как минимум три поколения, чтобы нанесенная травма начала заживать.
При этом следует об этом говорить и проживать те эмоции и чувства, которые будут выходить.
Бессмертный полк пример начала такой работы горевания.
Как я могу дать пришедшей на консультацию маме совет "в одном предложении", когда я вижу какие дефициты любви, внимания, признания и какую боль она в себе несет!
Там, если капнуть глубже, живого места может не быть в ее душе. И не понятно за счет чего она держится.
Кто-то на силе воли, на "надо", "должна", кто-то на попытках все себе объяснить.
Находясь сама долгие годы в этих процессах, я не могла окинуть взором весь масштаб урона тех событий, которые прокатились по моей семье (репрессия, война, концлагерь, лишение дома, хозяйства). Самые разрушительные последствия на психику оказал концлагерь в 14 лет маминого отчима и его идентификация с агрессором. Он всю жизнь нахваливал немецкую аккуратность, проявлял эпилептоидную любовь к порядку и ригидную дотошность к мелочам, что повлияло на маму в виде обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР), мизофобии/страха загрязнения. И как следствие на меня. Мне нельзя было прикасаться к маме и меня не обнимали -- "чтобы я не заразилась".
Тяжело об этом писать. Не возможно говорить без слез.
Мое желание, чтобы мамы и папы, которые приводят детей на психотерапию, задались к себе вопросом: как непосредственно я могу помочь своему ребенку? С чего мне самому нужно начать? Как себя чувствует мой внутренний ребенок?
Сейчас во время пандемии коронавируса особенно заметны страхи, беспомощность, растерянность внутренних детей взрослых людей. Это именно внутренний ребенок пугается, чувствует свою беззащитность перед стихией.
Необходим внутренний зрелый взрослый, который успокоил бы внутреннего ребенка и внутреннего родителя, который из чувства гиперответственности все начинает контролировать, винить себя и других, стыдить и торопить. "Быстрей, быстрей! Чем быстрее мы бежим, тем быстрее высохнем!" Как в мультике "Алиса в стране чудес".
Мне интересно, как поживает ваш Внутренний Ребенок на карантине? Как справляется ваш Внутренний Родитель? Что чувствует Внутренний Взрослый?
Мой Внутренний Ребенок не успевает все переваривать. Его тошнит. Он находится в хаосе, где взрослые бегают в защитных костюмах, масках, перчатках и пытаются спасти ситуацию. Они сами напуганы, запасаются провизией, переговариваются на кухне, ругают правительство. Им не до меня. Прикрикивают "Сиди дома!". Не могут ничего объяснить. Они вообще со мной не разговаривают. Только раздают указы. Иногда срывают на мне свою злость. Мне приходится самостоятельно во всем разбираться. Страшно и одиноко. Хорошо, что есть друзья. Мы общаемся по интернету. Я хочу, чтобы скорее все прошло и вернулась привычная жизнь. Пусть она и не была идеальной.
