Бен Хехт никоим образом не был религиозным и игнорировал такие еврейские организации, как Антидиффамационная лига и политические причины в целом. Он был не союзником, скептиком, человеком, равнодушным к страданиям мира. Но в 1937 и 1938 годах, когда угрозы европейским евреям усилились, он собрал сборник рассказов на еврейские темы ( «Книга чудес»).). В одной из басен американцы открывают свои газеты и обнаруживают, что «пятьсот тысяч евреев были убиты в Германии, Италии, Румынии и Польше. Еще около миллиона человек были изгнаны из своих домов и охотились в лесах, пустынях, горах ». Хехт предвосхитил Холокост, как его называли позже, и через несколько лет он был поражен, когда это действительно произошло, и мало кто из американцев хотел услышать об этом. В ноябре 1942 года из Государственного департамента поступили убедительные сообщения о двух миллионах убитых евреев, и конца этому не видно; Washington Post поставил новости на шестой странице, в Нью - Йорк Таймс на странице десять. В Таймспродолжал преуменьшать еврейскую катастрофу на протяжении всей войны. В 2001 году Макс Франкель, бывший исполнительный редактор газеты, назвал небрежное освещение «самым жестоким журналистским провалом века».
Будучи вором-подростком, Хехт использовал идентичность других людей. В военные годы он стал одержим сохранением и утверждением собственной идентичности. Он рассказывает нам, что воспоминания о многолюдной семейной и уличной жизни Нижнего Ист-Сайда снова затопили. Он воссоздал себя евреем, подстрекаемым не столько сочувствием к умирающим в Европе, сколько яростью на их преследователей, немцев и яростью на робкое молчание своих собратьев-евреев в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе - люди, которые обычно не были ни в малейшей степени робкими. Но они были запуганы американским антисемитизмом; они боялись, что американское вмешательство в европейский конфликт будет известно как «еврейская война».
Он кипел и готов к действиям. Весной 1941 года к Хехту подошел свирепый Питер Бергсон, главный американский представитель анти британской террористической группировки Иргун. Он записывает в Чайлде свое первоначальное удивленное презрение, а затем его половинный интерес и, наконец, свою капитуляцию перед Бергсоном. Серьезные проблемы (спасение евреев Европы, поддержка создания еврейского государства), эти отрывки из « Дитя»,хотя написаны с большой энергией, наиболее датированы обстоятельствами. Они также сбивают с толку: может быть удивительным узнать, что Бергсон воевал не только с немцами и англичанами (колониальными хозяевами Палестины), но и с господствующими сионистами во главе с Хаимом Вейцманом и Давидом Бен-Гурионом, которые хотел медленно двигаться к государству, с британским и палестинским сотрудничеством. (Хехт не прожил достаточно долго, чтобы увидеть, как лидер Иргун Менахем Бегин стал премьер-министром Израиля в 1977 году; трудно представить, что ему нравится, кем стал Бегин.)
В 1941 году гнев и насмешка Хехта, обычно направленные на голливудских продюсеров, стали неприемлемыми. Как и любой человек, обладающий истиной, которую он не может заставить других узнать, он казался полубезумным. Он издал громкие статьи о бойне, написал раненую рекламу в газетах, обвиняя других евреев в самоуспокоенности; он создал китчевые, но трогательные мемориальные представления для еврейских мертвецов и для сионистского дела, поставленного в Мэдисон Сквер Гарден, с музыкой Курта Вейля; он собрал деньги для Иргуна и стал настолько самоуверенным в своих атаках на британцев, что его фильмы были запрещены в Соединенном Королевстве. В Америке против него выступили еврейские группы и даже друзья, потрясенные его антибританскими тирадами. Возможно, он сказал Бергсону, когда записывает: «Если вы хотите создать страну, найдите Вашингтон, Боливар или Гарибальди. , , , В Найке таких персонажей нет. Но правда в том, что он гордился своей способностью изменить мир к лучшему. Внезапно он стал актером, а не просто наблюдателем. Стать «евреем» было средством его самореализации, его доставки в блаженство гнева.
С Дитя века по Бен Хехт, с введением Дэвид Денби. Опубликовано издательством Йельского университета в 2020 году. Воспроизводится с разрешения.