Обычно истории о переезде в другую страну начинаются с бурного рассказа о желании кардинально поменять свою жизнь. Эта история не из их числа.
Переезд в Будапешт стал далеко не первым в моей жизни, но первым за пределы России. Каждый раз оказываясь в новом месте я всегда думаю "Хотел бы я тут пожить?" И я не всегда отвечаю себе положительно на этот вопрос. Однако всегда я останавливался на гипотетической возможности, серьезно о переезде за границу не размышлял.
В один момент я стал задумываться о покупке квартиры в Москве, потом задумался о Санкт-Петербурге, а потом уже о переезде за границу. Ведь город и страна меня не держат, так как я фрилансер. Ведь пролетарию, как говорили К. Маркс и Ф. Энгельс, нечего терять, кроме своих цепей — обретёт же он весь мир.
Долго о том куда можно переехать я не размышлял, подумал что Прага будет подходящим вариантом, даже записался на курсы чешского в онлайн-университет, а процедура переезда в Чехию была мне известна.
Однако листая ленту фейсбука я наткнулся на статью, где рассказывали об опыте переезда в Венгрию, а больше всего в ней меня заинтересовали цены на квартиры, их я изучил на Венгерском аналоге ЦИАН.
Цены на арену здесь в 2 раза меньше!
Вскоре я решился на переезд, хотя никого там не знал и даже не был ни разу в Венгрии. Через примерно пол года я полетел в Будапешт и влюбился, хоть и не сразу, в этот город. Еще через 3 месяца я полетел покупать квартиру, которая стала первой в жизнь собственной недвижимостью. Потом пол года длились сборы и шел ремонт.
Процесс покупки довольно прост. Агент для сделки не обязателен, но нужен адвокат. Следите за предложениями на сайте, выбираете что нравится, записываетесь на просмотры. Если всё устраивает, то договариваетесь с продавцом и при посредничестве адвоката оплачиваете залог — 10 % от суммы. После оформления залога адвокат передаёт ваши бумаги в муниципалитет — он должен дать разрешение на покупку конкретной квартиры иностранцу. Когда разрешение будет получено (обычно через месяц), назначается дата сделки.
Цены на квартиры в Будапеште совсем недавно были довольно низкими, но за последнее время значительно выросли — спасибо Airbnb. Сейчас в центре города, нет ни одного дома, в котором не было бы хотя бы одной квартиры, сдающейся на Airbnb, а в районах вроде Еврейского квартала местные жители и вовсе нередко оказываются в меньшинстве среди туристов. Что до рынка долгосрочной аренды, то он в Будапеште примерно такой же дикий, как и московский, — разве что цены раза в два ниже.
Будапештские здания, как правило, очень красивые и часто очень запущенны внешне: за коммуникациями следят достаточно внимательно, а вот деньги на фасад ищут в последнюю очередь. Отваливающаяся штукатурка и выбоины от пуль, оставшиеся на стенах ещё с 1956, а то и вовсе с 1944 года, — мелочи, на которых взгляд уже даже не фокусируется. Впрочем, с каждым годом в городе становится всё больше и больше фасадов приведённых в порядок.
Чтобы что-то снести, дом должен уже окончательно превратиться в руины, иначе его будут сохранять до последнего. Моя квартира находится в доме 1873 года постройки, он всё ещё жив и прекрасно себя чувствует. И это не какой-то памятник архитектуры, а совершенно рядовой доходный дом. В Москве мне очень не хватало такого отношения к старине.
Люди старше 35 лет учили в школе русский, но его в советской Венгрии преподавали примерно так же, как английский в школах СССР
Психологи выделяют четыре этапа адаптационного процесса: эйфория, разочарование, депрессия и принятие. Ни одного из них я за собой не заметил — для меня переехать в другую страну оказалось психологически действительно не труднее, чем из Бибирево в Люблино. Разумеется, такой адаптации способствовало не только то, что я не менял образ жизни и работу, но ещё и выбор страны: Венгрия во многом похожа на Россию — как в плохом смысле (коррупция, собачники, которые не убирают за своими питомцами, и оставшиеся в наследство от советской власти панельные шестнадцатиэтажки, придающие некоторым районам Будапешта пугающее сходство с условным Алтуфьевым), так и в хорошем (любовь к солёным огурцам, сметане и творожным сыркам).
Сильно мог бы осложнить дело венгерский язык, но современный Будапешт — очень космополитичный город, и почти везде в нём можно объясниться по-английски. Люди старше 35 лет учили в школе русский, но его в советской Венгрии преподавали примерно так же, как английский в школах СССР, так что редко у кого словарный запас выходит за пределы фраз «здравствуйте», «до свидания», «спасибо» и «отсутствующих в классе нет».
Слухи о неимоверной сложности венгерского языка распространяют в основном англоговорящие. То есть он, конечно, и правда не самый простой, но русскоговорящему человеку освоить его грамматику и фонетику гораздо проще, чем человеку, который говорит на английском, — мой преподаватель венгерского это подтверждает. К сожалению, я не могу сказать, что прилежно занимаюсь, поэтому за полтора года освоил язык лишь до уровня А2: толком прочитать газетную статью, к примеру, ещё не могу, но уже могу понять, о чём она в принципе.
Очень многие люди при переезде сильно переживают из-за лишения привычного круга общения. Мне повезло и с этим: я тот самый человек, для которого трёп в чатике ничем принципиально не отличается от личной встречи в кафе. Да и лично я за полтора года в Венгрии провел вместе со своими старыми друзьями едва ли не больше времени, чем за последние два года в России, потому что все, как внезапно оказалось, буквально постоянно ездят в Будапешт: то отдохнуть, то на конференцию, то в командировку. Постепенно завелись и новые знакомые, и даже друзья — пока в основном такие же иностранцы, как и я, но есть и венгры из смешанных семей. В общем, я дома.