Утопим детей и уйдем к партизанам
Скажу сразу, что почти все те родственники, кто остался в Ленинграде, погибли. Кто-то из них испугался эвакуации, кто-то пожалел имущество. Дом прадеда Константина в Озерках был разрушен во время боевых действий. Сейчас от него остался только фундамент.
Эвакуация шла тяжело. Есть было нечего. На станциях местные жители меняли еду на золото. Так и растаяли все фамильные драгоценности. Как говорила бабушка: «Кто-то сохранил драгоценности, а я сохранила детей!». После долгих мытарств они оказались в Удмуртской АССР, в Глазовском районе, селе Кожиль. Там первого января 1942 года родилась моя мать – Валентина. Всего получается, у бабушки было 6 детей.
Бабушка рассказывала, что перед самыми родами она где-то раздобыла конскую ногу и с чувством выполненного долга, что семье несколько дней будет что есть, пошла рожать.
В конце марта того же года от недоедания и перенесенных испытаний умирает прадед Константин. После похорон бабушка решается ехать ближе к деду, т.е. ближе к линии фронта. Такое решение можно объяснить только тем, что дед получал хороший офицерский паек, а кормить детей в эвакуации было нечем.
И вот представьте: бабушка вместе с прабабушкой и кучей маленьких детей едет через всю страну к месту службы деда, в Севастополь. Как все это происходило, непонятно, но это было.
В Севастополе дед занимался ремонтом торпедных катеров и другой военной техники. Находиться долго в Севастополе им не пришлось. Севастополь оказался окружен по суше со всех сторон.
Повторилась ситуация, аналогичная блокаде Ленинграда. Когда немецкие войска подошли вплотную к городу, дед сурово сказал: «Детей утопим в Севастопольской бухте, а сами будем прорываться в горы к партизанам».
Вот так могла закончиться, даже не начавшись, не только моя судьба. Но Анна, как человек особой закалки, такого допустить не могла. Пока дед отлучился по служебным делам, она договорилась с матросами, которые служили на военных катерах, и переправилась на одном из них, под постоянной бомбежкой, в Новороссийск. Дед в последний момент, тоже успел вырваться из осажденного Севастополя на подводной лодке.
Сейчас, читая материалы о последних днях обороны Севастополя, могу с уверенностью сказать, что вырваться из города в тот момент, да и еще остаться в живых - это феноменальное везение. Ведь на тот момент дед был обычный инженер-капитан-лейтенант. А там бесследно сгинули десятки тысяч бойцов, командиров и членов их семей, да и просто мирных граждан. На фото дед - третий слева в верхнем ряду.
А это еще фотографии времен ВОВ.
Боевой путь деда проходил через Новороссийск, Туапсе, Керчь. Материалы из военных архивов, которые удалось найти, позволяют судить об этом пути. Привожу их дословно.
«Илья Иванович Хошев в период Отечественной войны сражался на Одесском и Кавказском участках фронта, там он неоднократно принимал участие в боях. В период подготовки и высадки десанта на Керченском полуострове был назначен механиком 6 отряда. Готовил корабли и катера к боевым заданиям в период военных действий. Принимал непосредственное участие в боевых действиях по высадке десанта в ночь на 1 ноября 1943 года. Проявил доблесть и мужество по обеспечению бесперебойной работы механиков, тем самым обеспечил высадку первого броска батальона морской пехоты тов. Велякова. В последующие дни Илья Иванович участвовал в работах по восстановлению поврежденных кораблей в дневное время, а ночью в высадке подкреплений и техники десантным частям. Проявил доблесть и мужество!»
Однажды дед рассказал, как при выполнении боевого задания недалеко от их подводной лодки разорвалась глубинная бомба.
Каким-то образом лодка не затонула, но дала течь. И вот по колено в воде они продолжали выполнять боевую задачу. Так и сражался мой дед по матери. А бабушка с детьми была где-то рядом. После освобождения Керчи они несколько лет жили в этом городе. А потом были другие города и гарнизоны на территории бывшего СССР.
P.S. Эта статья была напечатана на сайте Примечания. Переношу сюда, так как теперь буду публиковаться на Яндекс.дзен