Глава 17. Оптимистичное знакомство.
Гвоздь прижался щекой к прикладу и дал короткую очередь по наступающим тубанам. Его лицо не выражало ровным счетом ничего. Эмоциональный диапазон, как у картошки! Одним словом - Белорус!
Брага, развернувшись на месте, пытался унять вырывающееся из груди сердце, и одновременно поймать в прицел оскаленную морду приближающейся жертвы макароновируса из графы “умершие”.
Ба-бах! Изрыгнул огонь пламегаситель автомата. У тубана оторвало кусок плеча, но он как ни в чем ни бывало, продолжал наступать. Брага снова нажал на курок, но услышал лишь щелчки - патроны кончились! Вот зараза!
Брага пошарил по разгрузке - как на зло память отказывалась вспомнить, где лежат запасные магазины. Мертвяк в полинялом пальто, раскинув руки, заслонил собой все небо.
- Надо было Миху слушать, - тоскливо подумал Брага и приготовился к последнему рывку, как вдруг голова трупа лопнула, разбрызгивая вонючую жижу.
Брага метнул взгляд на Гвоздя - тот, не поменяв позы, продолжал отстреливать тубанов в своем секторе. Это был точно не его выстрел.
Рядом свалился еще один жмур. Потом еще и еще.
Брага, наконец, нашел подсумок с магазинами, и поменяв кое-как пустой на новый, осторожно выглянул из-за капота покорёженного автомобиля.
Стреляли явно со стороны завода. Кто же там такой меткий?
Внезапно он увидел, как на крыше дальней от них проходной, кто-то машет им рукой.
- Гвоздь, отступаем, вдоль ограды завода к следующей проходной, там союзники.
Гвоздь механически поменяв магазин, не торопясь оглянулся, прикинул маршрут, и двинулся спиной по направлению к неизвестному стрелку.
Отступать под прикрытием стало значительно легче, и Брага даже поверил, что он еще увидит Доктора и остальных.
Вырвавшись из тесных объятий автомобильного затора, они побежали вдоль толстых прутьев заводского ограждения. Теперь Брага уже видел вспышки выстрелов их неожиданного союзника и бежал на них, как корабль на свет маяка.
Гвоздь первым достиг запертых ворот, и прикладом три раза приложился к металлу. Брага, задыхаясь и путаясь в ногах, закинул голову и прокричал: - Открывай!
Дверь распахнулась, и бойцы ввалились в тут же захлопнувшийся за их спинами проем.
- Спасибо,- выдавил Брага, глядя на возвышающийся над ним силуэт человека с огромной винтовкой.
- Носи не стаптывай, - услышал он насмешливый женский голос.
Гвоздь тем временем деловито баррикадировал дверь всем, что попадало под его волосатые руки.
- Гвоздь, - коротко бросил он.
- Его так зовут, - объяснил Брага, - по паспорту. Я Андрей, можно просто Брага. А вас как звать?
- Аня, можно на ты.
Потом повернувшись к Гвоздю, добавила:
- А вас, товарищ Гвоздь, я попрошу не уродовать казенное имущество. Двери прочные, они в худшие годы десятки тысяч работников сдерживали, когда зарплату по полгода не платили.
Гвоздь хмыкнул и опрокинул тяжелённый сейф, намертво перегораживая дверной проем.
- Лишним не будет, а надо будет убраться - командир уборщиков пришлет. У нас приказ, остальное вторично.
Аня махнула рукой:
- Да ладно уж, не до красоты. Вы куда намылились? Не нас же спасать? - она обвела рукой свободной от СВД помещение проходной. - Тут уже и спасать-то некого. Я живых людей уже недели две не видела. Связь не работает, вода на исходе. Это я к чему. Если вы куда-то двигаетесь, учтите, я с вами. У меня муж дома не кормленный, а я тут загораю. Фирштейн?
Брага разинул рот и молча моргал глазами. Гвоздь просто пожал плечами и пошел осматривать помещения.
Брага наконец заговорилЖ
- Я пять лет на заводе отработал, пока меня по состоянию здоровья не списали в утиль, но не знал, что в охране такие Рембо в юбках работают.
Аня усмехнулась и ответила:
- Юбки я для мужа ношу, а на работе форма одежды как у вас, только голубенького цвета. Ну так как? Куда теперь? Как вы выбираться собираетесь?
За дверью раздались частые глухие удары. Сейф затрясся мелкой дрожью.
Гвоздь покосился на него и отвернулся:
- Казённое имущество говоришь...
- Наша задача в течение часа выйти в точку сбора в районе автозаправки АУРУМ. Там нас будет ждать БТР. После этого двигаемся через ТЭЦ в сторону базы дивизии. План такой.
Аня поправила стволом винтовки сбившуюся на глаза челку и произнесла: - А вы, блин, оптимисты.
Гвоздь снова повернул к ним свою поросшую полдневной щетиной физиономию:
- Да я ни в жизнь, у меня ж Лариска есть! Мне она дороже этих мозолистых лап!
Брага прыснул от смеха:
- Да не онанисты, а оптимисты, Игорян!
Анька тоже рассмеялась.
И лишь тубаны за дверью, не оценив остроумного юмора, продолжали молотить головами и руками в металлические ворота проходной.