На-наааа-на-нааааааа! На-наааа-на-нааааааа! Напел бы, да не умею) Но вы ведь все поняли о какой мелодии идет речь? Нет? Ее еще напевал в видеосалоне герой Джека Блэка в фильме «Отпуск по обмену».
Есть такое понятие «homo unius libri», так иногда называют писателей, которые написали всего одну книгу, или из всего, что они написали по-настоящему прославило их только одно произведение. Так можно назвать Грибоедова («Горе от ума»), Харпер Ли («Убить пересмешника»), с натяжкой, но можно — Сэлинджера («Над пропастью во ржи»), а еще так можно назвать, и так ее и называют, Маргарет Митчелл автора «Унесенных ветром».
Что можно сказать об экранизациях книг вообще? Ну конечно они проигрывают первоисточникам. Конечно каждый, читая, у себя в голове «снял» свое кино, ничего общего с тем, что снял кто-то другой не имеющее. Но с экранизацией «Унесенных ветром» все не совсем так и вот почему.
Этот фильм очень многие ругают за то, что большая часть сюжетных линий и персонажей не вошла в фильм, хотя некоторые из них очень, что называется, кинематографичные, то есть на экран переносились бы с легкостью и смотрелись бы превосходно. Тут я отчасти согласен — мне очень нравится Уилл Бентин и я бы с удовольствием посмотрел на него самого и на эпизоды из книги с его участием. Но кино это не только искусство, но и индустрия с кучей собственных представлений о прекрасном, поэтому от чего-то наверное, пришлось отказаться.
Многие осуждают выбор актеров на главные роли и тут я не согласен от слова совсем. Видели ли вы фильм, где все настолько были бы на своих местах? Разве может быть другой Рэтт Батлер, кроме неподражаемого Кларка Гейбла? Разве можно представить другую Скарлетт О'Хара, кроме удивительной Вивьен Ли? А Оливия де Хэвилленд (Мэлани Гамильтон)? А Хэтти Макдэниел (Мамушка)? Да что говорить — второй план, третий план — все выше всяких похвал!
Кино снято с размахом — иногда ловишь себя на мысли, что следишь даже не за актерами и их диалогами, а за нарядами, интерьерами домов и панорамами улиц. Все продумано, но не так, как над этим трясутся некоторые, добывая гимнастерки 40-х годов и изучая «секретные документы», а как-то уместно что ли. В кадре есть все что нужно, чтобы зритель получал удовольствие и внимательно следил за происходящим, не зацикливаясь на том, что выпадает из ладно скроенной картинки. Потому что ничего не выпадает и история разворачивается так, как ей и следует. При просмотре не закрадывается мысли, а так ли они все тогда ходили, так ли одевались, в таких ли домах жили, на таких ли лошадях ездили.
Отчасти таких вопросов не возникает и потому, что проблемы у героев — вечные. Как женщине привлечь мужчину? Как мужчине состояться, чтобы женщины хотели его привлекать? Как постоянно падая, находить в себе силы подниматься? Как сохранить исчезающий уклад жизни? Как встроиться в новую систему, сохранив себя? У Скарлетт О'Хара, конечно один ответ на все семь бед: «Я подумаю об этом завтра», то есть она была прокрастинатором, когда это еще не стало мейнстримом. А Рэтт — хорошими делами прославиться нельзя, поэтому заработаю на войне, но перед последним сражением запишусь в действующую армию, а после окончания войны посижу в плену. Вечно реющая над всеми фигура Мамушки — сколько бы вы не рядились в парчу и жемчуга, все равно вы муллы. У каждого героя своя правда и, сталкиваясь, они двигают вперед историю.
В фильме интересно наблюдать и за главными персонажами, и за второстепенными и даже отдельные, казалось бы незначительные эпизоды остаются в памяти. Чего стоит только дирижер военного оркестра, который ждет рядом с почтовой станцией начала раздачи листовок со списками погибших в сражении, чтобы начать играть марш; вот к нему подходит его жена в трауре и, комкая листовку, со слезами на глазах коротко кивает мужу; он проглатывает подступивший к горлу ком и взмахивает палочкой — оркестр начинает играть; на глазах у молодого флейтиста в первом ряду слезы. Все понятно без слов. Эпизод крохотный, но передает общее настроение. Магия кино в действии.
Будучи самостоятельным произведением искусства, наряду с книгой, кино обычно всеми силами стремится к индивидуальности. Часто это приводит к существенным расхождениям и даже переделыванию концовки. Хвала создателям этого шедевра — они не уступили моде на «хэппи-энды» и не тронули концовку книги. Писателя ведет история и то, чем она закончится часто не в его власти (это отмечают сами писатели), а режиссер зависим от зрителя и поэтому, развлекая, должен в конце дарить надежду. В случае с «Унесенными ветром» выиграли все — конец каждый для себя интерпретирует сам и сам решает, хорошо все кончилось или нет. Сам я полностью согласен со Скарлетт: «Я подумаю обо всем этом завтра, в Таре. Ведь завтра уже будет другой день».
На вопрос смотреть или не смотреть каждый ответит для себя сам, но если вы спросите меня, то я скажу — однозначно смотреть!