Итак, Климт изрядно раздражил и шокировал австрийских академиков своими картинами, написанными специально для университета, но на этом не остановился и с тех пор вообще начал писать только то, что ему было интересно и в той самой манере, которая заставляла обывателей и конформистов с пеной у рта кричать о вульгарности, эпатаже и порнографии. Программная «Голая правда» (Обнажённая истина) стала очередным вызовом немецкому пуританству и моралите. Рыжеволосая женщина, нарочито чувственная и бесстыдная, олицетворяла пламя, обнажающее неприкрытую истину, ту самую, что обыватели предпочитают скрывать ложью, лицемерием и притворством. Надпись на картине гласила: «Правда – это огонь. Огонь освещающий и испепеляющий». Полотно вызвало яростные споры, от художника потребовали умерить пыл, пригрозив финансовым вакуумом, проще говоря, отсутствием заказов.
Однако не тут-то было. Чем больше разгневанные и раздосадованные мужчины старались загнать в жёсткие рамки пылкую, обнажающую самую суть жизни, кисть Климта, тем больше женщины восхищались и боготворили талант художника. Так была создана знаменитая «Галерея жён», запечатлевшая супруг местных банкиров и промышленников. Написанный мастером портрет превращал самую заурядную Грэтхен в воплощение Анимы, вечной женственности, манящей и недостижимой. Он видел в этих женщинах нечто такое, что невозможно было объяснить словами – неиссякаемый источник любви и тайны. При этом портретное сходство с моделью было практически фотографическим. За каждый портрет Климт получал кругленькую сумму, что позволяло ему не только не зависеть от официальной точки зрения на его живопись, а с успехом продолжать свои смелые поиски.
До 1905 года Климт оставался на посту главы Венского Сецессиона и продолжал изощрённо поддразнивать и искушать консервативную публику своими экстравагантными работами. На одной из его выставок известный коллекционер граф Ласкоронски, причитая: «Какой ужас!», выбежал из зала, а некоторые, особо рьяные ненавистники, выдвигали предложения судить Климта за аморальность, выслать из страны за непристойное поведение и даже кастрировать за извращённую сексуальность. Кажется, что художнику эта реакция напыщенно добропорядочных сограждан доставляла некоторое удовольствие, и он продолжал волновать закосневшие в жёстких рамках пуританской морали умы и души. Очередное полотно Климта, названное «Моим критикам», ясно продемонстрировало его отношение к нападкам и хуле – передний план картины занимал роскошный женский зад. После выставки картине дали менее провокационное название - «Золотые рыбки».
Читайте продолжение истории о Густаве Климте на моём канале.
И.Я.
Материал также опубликован в моём Инстаграм @old_london_antiq ___
Фото с сайта https://gallerix.ru/ ___
Антикварные и винтажные предметы и аксессуары покупайте здесь: https://old-london.ru/