Жила-была девочка. И была она очень красивая. Такая красивая, что ей даже завидовали.
Особенно ей завидовали петухи. Чаще всего почему-то белые. Видимо, они в её присутствии как-то особо остро чувствовали свою ущербность из-за отсутствия ярких перьев, торчащих из попы...
Так вот началось это преследование завистников ещё в раннем детстве. Первый белый петух напал на девочку, когда она была совсем беззащитной пузатой мелочью. На самую макушку залетел, возможно, даже тюкнул по темечку... Поди теперь узнай! Девочка до сих пор подозревает, что это столкновение было знаменательным. И во многом определило ее взгляд на мир и тип мышления...
Потом было еще много разных встреч со всякими уязвленными птицами. Но больше всего девочке запомнился один особо настойчивый противник.
Итак... Стояла ранняя весна, и глупые домашние птицы бродили по двору. Шефствовал над ними белесый жилистый петух с гопническими замашками. Он неизменно лебезил перед всеми взрослыми людьми, но неземная девочковая красота душила его почище жабы и не давала пройти мимо неё спокойно. Казалось бы, ходи, копай червей, повелевай курицами — так нет же...
Бывало выйдет девочка на улицу, пройдет по двору, а петух за ней следом мелкими перебежками. Подкараулит удачный момент — и давай её по ногам лупить клювом острым и лапищами своими кривыми, когтистыми.
И все поползновения － только исподтишка, с подлецой. А если девочка что-то заподозрит и раньше времени оглянется, петух сразу: "Оба-на! Какой червячок! И камушки яркие... Ой, а как солнышко ярко светит, не правда ли?" － "Неправда", －ответит девочка и отвернётся. И зря. Потому что тут-то петух ее и подловит.
В общем, война была долгая и кровавая. И никакие преследования и гонения не могли остановить завистливого петуха. Уходила девочка на улицу красивая и добрая, а возвращалась назад грязная и злая. Ножищи-то свои петух не мыл. 😑
И казалось петуху, что его кровавый террор будет длиться вечно...
Так вот. Девочка в детстве очень не любила мясо. А курятину и вовсе терпеть не могла.
Но когда её кровного врага пустили под нож, она отпраздновала победу его мускулистой ножкой!
Мораль истории такова: злорадно смеется тот, кто смеется последним, особенно если перед этим его хорошенько довести.