Чем дальше от нас грозные годы Великой Отечественной войны, тем меньше остаётся в живых свидетелей той эпохи – и тем важнее их воспоминания. Когда грянула война, Римма Петровна Сергеева была школьницей. После войны она преподавала в Челябинском политехническом институте (ныне ЮУрГУ). Её заслуги перед страной отмечены медалью «Ветеран труда» и юбилейными медалями Российской Федерации, многочисленными грамотами и благодарностями.
Это вторая часть воспоминаний ветерана:
– Челябинск стал серьёзно меняться, – рассказывает Риммма Петровна. – Мама сразу же пошла трудиться в госпиталь, устроенный в одной из школ – и я помню, как он готовился к приёму раненых: выносили парты, а заносили койки. Помню, как мы, школьники, тоже помогали взрослым. Многие здания, в том числе учреждения образования и культуры, отдавались под госпитали, заводы. Например, в главном корпусе Челябинского педагогического института выпускали патроны, а в здании Челябинского театра оперы и балета размещался эвакуированный из Москвы завод контрольно-измерительного инструмента и приборов «Калибр».
Поскольку взрослые трудились по 12 часов в сутки, все домашние заботы ложились на плечи детей. Я тоже взяла на себя хлопоты по хозяйству: готовила, стирала, убирала, присматривала за сёстрами. А ещё – отоваривала карточки в бесконечных очередях за продовольствием. Что тогда можно было на них купить? Хлеб – не досыта, какую-нибудь крупу, редко – макароны или вермишель. Помню эти длиннейшие очереди, в них стояло много-много нас, детей: это было нашей прямой обязанностью – взрослые-то все на работе.
Мама помогла мне устроиться в учреждение, занимавшееся статистикой. Но при этом школу я не бросала, продолжала учиться. Работала курьером, а ещё мне помогли освоить механическую счётную машинку – арифмометр – и доверяли некоторые подсчёты. Какая у меня была зарплата, не помню – конечно, небольшая. Но деньги тогда мало ценились. Куда важнее было, что за работу осенью мне дали мешок картошки. Это стало хорошим подспорьем.
Питались мы, конечно, скудно. Пища были важнейшей ценностью: ведь без неё – голодная смерть. Картошка – основная еда. Сажали её сами, но урожая часто не хватало до конца весны. Хлеб – не досыта, по карточкам, да и качество его нередко было, мягко говоря, не лучшим. Но и этому радовались. Сейчас хлеб так не ценят. Не могу смотреть, как современные люди выбрасывают испортившийся хлеб. А какие-нибудь каши на воде, но с сахарином – это было практически лакомство, сестрёнки, например, ели с удовольствием. Иногда, правда, нас подкармливали в школе: то дадут орехов, то маленькую булочку, так как школе помогали – вроде бы был какой-то договор с подсобным хозяйством НКГБ или НКВД – точно уже не помню.