Когда Леночка была уже сильно беременна, они с мужем приехали в деревню, в гости к маме и бабушке мужа. Бабушка, надрываясь, притащила из чулана древний чемодан, гордо откинула крышку и начала перебирать вещи тридцатилетней давности. Страшненькие, советские, местами аккуратно заштопанные. Это вещи Леночкиного мужа – единственного ребенка, который был светом в окошке мамы и бабушки. Бабуля с любовью доставала каждую, и рассказывала, что бережно хранила все для правнука, каждый год стирала и просушивала на солнышке и вот дождалась!
Леночка смотрела на эти унылые советские тряпочки и с ужасом представляла в этом своего ребенка, играющего среди нарядных современных детей. Бабушка была настроена решительно – чемодан должен был поехать в маленькую квартирку Леночки и ее мужа прямо сейчас. Спасение было лишь в том, что вещи были преимущественно на ребенка садовского возраста.
Леночка, вежливо умиляясь, сказала, что все это очень большое, поэтому пусть пока хранится тут – дома негде. Совсем. Муж поддержал.
Бабушка немного посопротивлялась, но сдалась. Как оказалось – это был лишь ловкий маневр. Бабушка была властная и к отказам не привыкшая.
Спустя месяц после родов Леночка обнаружила дома сумку с этими самыми вещами. Сумка приехала со свекровью, пока Леночка с мужем месяц жили у леночкиных родителей.
Разбирая сумку, Леночка постепенно закипала. Она , вроде, сказала вполне отчетливо, что большие вещи пока не нужны. Почему люди не слышат и делают по-своему? Почему они решили своевольно навязать этот старый хлам? Что с этим теперь делать? Положить в шкаф? И так места очень мало! Выбросить? Порвать на тряпки – обиды не оберешься.
Леночка набросилась на мужа, сказала разом все, что думает по этому поводу и потребовала отправить всё обратно, прямым текстом растолковав, что носит ЭТО ее ребенок в Москве точно не будет. Вот приедет он к бабушке – пусть наряжают, а потом объясняют соседям, что это из сентиментальных соображений, а не потому что мы нищие!
Эта история заставила вспомнить, как мне позвонила подруга, и срываясь на крик, рассказывала, что приехали родители мужа. На поезде. Он встретил их на вокзале и всю дорогу до дома волок два больших челночных баула. С яблоками. Из Беларуси. Работающей много и неплохо зарабатывающей подруге предлагалось переработать эти яблоки. Как итог – яблоки пропали и были выброшены.
Моя мама тоже часто старается что-то принести в мой дом. Даже шторы. Сначала ей это удавалось, но у нас очень разный вкус. Со временем я договорилась с ней, что прежде чем что-то купить, лучше спросить меня, да и вообще – это мой дом. Я хочу сама его обставлять. Ситуация улучшилась, но робкие попытки продолжаются.
Мы сейчас такие все резкие, четко знаем личные границы и учимся говорить НЕТ. С родными так нельзя. С ними надо деликатно. А деликатно – не все понимают. И не то, что не понимают, а очень близко принимают к сердцу, обижаются и иногда инсценируют сердечные приступы. Потому что «от души и с любовью».
Лет десять назад моя бабушка открыла свой платяной шкаф с залежами неношеных вещей – она берегла их на черный день, и выудила новые голубые панталоны с начесом. По колено. Такие, наверное, были у каждой советской бабушки. Она хотела что-нибудь мне подарить. Она понимала тогда, что скорее всего, мы видимся последний раз. Я обняла ее и сказала: «ну что ты, сама носи, спасибо», -а ей так хотелось сделать мне приятно. Она научила меня, трехлетнюю, всем басням Крылова. Меня как чудо чудное, водили по садику, и я рассказывала про ворону и лисицу. С чувством. С выражением.
Бабушки давно нет, а я часто вспоминаю эти панталоны и думаю, ну что мне стоило их тогда взять? Для нее это была бы радость.
Подписывайтесь и комментируйте! Ваше мнение интересно, а опыт бесценен!