Живой

Во дворе, напротив скамейки, где часто собирались по вечерам жильцы этого дома, играли трое ребятишек. Все они были младшеклассниками и учились в одной школе. Во дворе им было скучно. Но мамка Валерки строго запретила уходить со двора. Правда, когда это останавливало отчаянных пацанов? Поэтому немного полазив по двору и не найдя чем им заняться, ребятня решила потихоньку слинять на стройку.

Старший, Санёк, был заметно крупнее Валерки и его одноклассника Пашки. А потому он был у них за главного и верховодил всеми жёстко. 

—Сейчас Валеркина мамка в магазин уйдёт, мы и рванём на стройку, - объявил план операции Санёк. 

—Колька там вчера карбида насобирал, даже сказал где брал, - добавил он.

Все тут же согласились и затихли, дожидаясь команды Санька. Мама Валерки - тётя Таня тем временем вышла во двор и махнув рукой сынишке, пошла в булочную. Едва она скрылась из вида, мальчуганы рванули через дорогу в сторону строительства, огороженного деревянным забором. Там у них был тайный лаз. Главное не нарваться на сторожа, деда Ивана. Тот вечно ругался и гонял их со стройки.

В этот раз им повезло. Деда Ивана было нигде не видно и они спокойно пробрались на стройку. В металлической бочке, как и говорил Колька, они нашли карбид. Набрав полные карманы „волшебных камней“, он пошли искать воду. Если бросить туда камешек карбида, то он сильно зашипит и от камушка начнут отделяться пузырьки. Как в бутылке шипучки. Вода нашлась в котловане, выкопаном на стройке. Он был глубоким, но одна его стенка была пологой и они без труда туда спустились. 

После прошедших дождей в котловане было скользко, но они потихоньку прошли там, где уже подсохло, к небольшой луже. И стали бросать туда камешки карбида. Те забавно шипя, становились обжигающе горячими. Ребятишки прутиками доставали их из воды и те высыхали, превращаясь снова в простые камни.

Так они играли, пока у Валерки не остался последний кусочек карбида. Вода в луже замутилась и он обошёл лужу с другой стороны, что бы бросить его в чистую воду. Лужа почти вплотную примыкала к стене карьера и Валерке пришлось, осторожно переступая ногами и держась за стену, пройти несколько метров. 

Доставая карбид из кармана, он вдруг почувствовал толчок и упал прямо в лужу. Уже собираясь подняться, он встал на четвереньки. Влажная стена котлована осыпью сползла на него, засыпав с головой. Огромная тяжесть навалилась на него, не давая вздохнуть. 

Санька с Пашей оцепенели. Хорошо, что Сашка быстро отмер и бросился к обвалу. Он стал руками откапывать товарища, откидывая камни. Пашка же побежал звать на помощь взрослых.

Дед Иван был в сторожке, после обеда он малость задремал. Но когда что-то загудело и стена вагончика ощутимо вздрогнула, он выскочил из сторожки и увидел Пашку, который громко крича бросился не наутёк, как обычно, а к нему. Мальчонка больше жестами, чем словами показал, что случилось. Старенький сторож кинулся на помощь. Отогнав Сашку, он бросился разгребать завал.

В отличие от ребятишек он знал, что дорога каждая секунда. Валерке повезло, что он оказался рядом. В несколько взмахов сильных рук, он добрался до мальчика. Нащупал рубаху и мощным рывком вытащил его из под земли. Пуговицы, затрещав, посыпались во все стороны. Едва живой, синий как изолента, Валерка беззвучно открывал и закрывал рот, стараясь глотнуть воздуха. Запоздалые слёзы ручьём хлынули из глаз. 

—Пуговицы, - едва слышно прошептал он.

—Мамка заругает.

—Живой, - радостно выдохнул дед Иван. И совершенно обессиленный, сел прямо на землю.