Принято считать, что у российского хоррора нет своей традиции (а вместе с тем и будущего). И с этим вполне можно согласиться, однако то вовсе не означает, что в отечественном страшном кино нет достойных представителей жанра. Немного, но всё же есть. Хоть и рождаются они в муках, а затем остаются без должного внимания, точно дети, отвергнутые своей холодной матерью и вынужденные искать утешения у редкого, но чуткого зрителя.
Фильм «Прикосновение», кажется, на сто процентов попадает под это описание. Появившийся на рубеже эпох, считай, на развалинах одной страны, он будто так и не стал полноценной частью кинематографической истории нового государства, оставшись где-то на её обочине. И хотя режиссёр ленты Альберт Мкртчян снял в своё время практически культовую для советского зрителя приключенческую «Землю Санникова», последняя его картина стала чем-то вроде мрачного предзнаменования о непростом времени, наступившем в стране.
Но меньше об истории и больше о кино.
Следователь Крутицкий пытается разгадать тайну странного самоубийства молодой женщины, которая к тому же прихватила с собой на тот свет своего сынишку, собственноручно его перед этим прикончив (и тут важно напомнить, что мы говорим не о фильме Михаэля Ханеке или Ларса Фон Триера). С одной стороны оно вроде бы выглядит как жест отчаяния, но с другой начинает всплывать всё больше мрачных подробностей, которые возникают не сами по себе, а по велению некоей сверхъестественной силы. Оказывается, что в загробном мире существует своё почти что государство, в котором обитают таинственные существа, именуемые «форзи». Их мы, впрочем, ни разу так и не увидим, но узнаем о существовании оных от отца той самой самоубийцы. От её давно уже мёртвого отца. И надо сказать, что на каждом его появлении и строится львиная доля того невыразимого, почти что лавкрафтовского ужаса, который и позволяет причислить эту картину именно к хоррору. Здесь нет ни дорогих спецэффектов (да и откуда им взяться?), ни изобретательных монстров, ни яркой и сочной картинки. Всё здесь – простота и наивность. Почти что детские. Но это лишь одна сторона медали. Перевернув её, праведно понимаешь, что сумрачная зернистость кадра – не необходимость, а неизбежность; что самые страшные монстры чаще всего носят человеческий облик; и что детское простодушие сначала легко перерастает в равнодушие, а затем в самое настоящее зло.
Примечательно, что в каком-то смысле "Прикосновение" предвосхитил собой популярную ныне франшизу "Пункт назначения", вынеся на суд зрителя идею о неустанно идущей следом за тобой смерти, готовой в любой момент вцепиться в тебя и утащить куда-то в небытие. Идею, что вдруг за считанные дни пронеслась по всему миру, внедрившись в сознание людей, ещё совсем недавно считавших , что "жизнь прекрасна и удивительна".