Фигуристы и выездка
Здравствуйте, уважаемые любители лошадей! Итак, продолжим рассматривать причины утерянной нами настоящей Высшей школы верховой езды. В моем понимании выездка – это легкость и грациозность движений лошади, гибкость и прекрасное равновесие. А что мы часто видим в современной выездке? Лошадь «укладывается» на руки всадника, задние ноги отстают от передних – нарушение диагонализации или отставлен далеко назад, спина прогнута и не работает, отсутствует даже намек на проводимость. Всадник вынужден тратить огромные усилия для того, чтобы «протащить» лошадь по схеме. Этому ли учил великий Джеймс Филлис?!
Такие породы лошадей, как тракененская, голштинская, ганноверская, были предназначены для упряжи, перемещения грузов, пушек в европейской армии. Это были крупные сильные лошади. Но для соревнований они не годились. Да и галоп не являлся их ценным аллюром, как и у всех упряжных пород лошадей, основным аллюром была рысь. Перед немцами встал вопрос о лошади, пригодной для Высшей школы, с качественным галопом. Для выведения такой лошади требовалось время, а стартовать на Олимпийских играх нужно было сейчас. Вот и приняли немцы решение адаптировать имеющиеся породы для спорта, облегчить их за счет прилития чистокровной крови, путем жесткого отбора по движениям получить животных с продуктивными аллюрами. И упряжные породы стали более легкими, и дали им общее название – немецкая или голландская спортивная.
Со временем критерий качества оценки выездковой лошади сместился на качество рыси как преимущественного и доминирующего аллюра. И немецкие упряжные породы наводнили манежы всего мира. А при составлении правил олимпийской выездки были исключены «испанские» аллюры в силу их трудности исполнения, так как стало ясно, что ни у лошадей, ни у всадников не было достаточной подготовки. То есть Высшая школа становилась заурядной строевой подготовкой лошадей, которой занимался офицерский состав всех европейских армий. И вместо галопа на трех ногах или испанской рыси в правила внесли несколько видов аллюров, которые лошадь должна показывать в точной последовательности и четко от буквы до буквы. А можно ли фигуристов, выполнявших наисложнейшие элементы, привязать к определенному маршруту и заставить кататься по буквам?
Уже в конце 80 гг. прошлого столетия стала видна заинтересованность наших тренеров европейскими породами. Так, например, в нашей конно-спортивной школе появился высоченный гошлтинский жеребец по кличке Раскат. Его огромные копыта меня приводили в ужас. Конь весил, наверное, около тонны. Сергей Иванович Филатов его выездил до уровня Малого приза, и научил пассажировать. Со стороны движения лошади были четкими и легкими. Было удивительно смотреть как такое крупное животное могло показывать аллюры, при которых ноги коня едва касались земли. Но его же работал С.И.Филатов! Какое-то время и я ездила на Раскате, но была вынуждена отказаться. Рысь у Раската оказалась до такой степени жесткой, а короткая спина не проводимой, что я не могла выдержать твердые толчки. В итоге, коню ладу не дали: сначала он ходил по рукам, потом его обменяли на конкурного коня.
И в дальнейшем, видя как молодые девочки, мучаются с огромными жеребцами, мне становилось очень грустно от того, что отдавая дань моде, русская школа выездки уходила в небытие. Молодые всадники, слепо копируя европейских, и не понимая принципа работы, стали торопливо готовить лошадей к стартам, перегружая их физически и ломая психику. В 90 гг. появился огромный спрос на тяжелых и высоких лошадей. Их покупали, да и покупают, за баснословные деньги. Из нашей страны лошади вывозились вагонами, самолетами, коневозами в европейские страны. Мы теряли генофонд, мы теряли отечественные породы, мы теряли лидерство на соревнованиях. И мало кто из завезенных лошадей на российской арене показывает достойно свои возможности. Чаще всего, всадник не может найти общий язык с лошадью, промучавшись с полгода, лошадь признается не способной, трудной и требуется следующая покупка.
На мой взгляд, покупать лошадей из-за границы большая ошибка. Наша страна располагает прекрасными лошадьми собственного конезаводства, которые смогли бы достойно стартовать на мировых аренах. Но сначала требуются изменения и подходы к Высшей школе верховой езды. А возможны ли перемены?