Душа не на месте
Да у какой матери душа на месте, если она не видит в доме своих детей? Еще не вернулся домой, уже поздно. Обедал или опять не хватило времени? Надел ли теплую куртку, а то холодно уже стало? Как добрался после работы? Почему не позвонил? Чем так занят, что не хватило времени на мать? Где он сейчас? Что делает? А дети? Да у них своя жизнь, поэтому не позвонят. У них свои дети и свои заботы...
Мой сын мою душу берег: звонил ежедневно, за редким исключением. Одной подруги сын звонил раз в месяц, другой – раз в неделю. А мой – ежедневно! И я всегда знала, где он находится, доехал ли уже домой, здоров ли или болен. Это сегодня он не звонит. Уже не звонит полтора года – и в душе матери постоянная тревога... Нет, я знаю, где он. Он в тюрьме. Понять и принять душой ситуацию невозможно. Первые дни сама звонила через каждые пять минут на его телефон: а вдруг его отпустили, а я первой не услышу его голос...
Телефон молчал. Душа разрывалась на части. Казалось, если не ответит – умру, не переживу эту муку. Я теперь понимаю маленького ребенка, который кричит, рвется к маме, никакие уговоры на него не действуют, ни игрушки, ни сладости. Не раз наблюдала в загородном лагере, как шестилетние дети бьются в истерике, расставшись с мамой полчаса назад. И мама приезжает, чтобы забрать свое чадо домой. Мама спасает своего ребенка. А я не могу… Были моменты на работе, когда приходила какая-то радость ожидания чуда: сегодня я услышу его голос, это будет точно сегодня. На душе теплело, хотелось улыбаться, лететь на крыльях домой. А дома? А дома выть по-волчьи от безысходности и осознания, что этого не случится сегодня. Не позвонит! Тогда позвонит завтра, послезавтра, к концу недели, месяца... А звонка нет. Нет! И ты, как беззащитный ребенок, к которому мама не приедет, не приласкает, не обнимет, в изнеможении падаешь на подушку.
Чтобы совсем не сойти с ума, старалась не представлять камеру, где он в первые дни сидел совершенно в одиночестве, обвиненный в том, чего никогда не делал, преступник, не совершивший преступления.
Спасибо тебе, всемогущий Боже, что ты не допустил, чтобы мой сын стал действительно преступником, уголовником. Век тебе за это буду молиться!
Прессинг, шантаж, уговоры признать вину, признаться в том, чего не делал...
Я, наверное, плохая мать, потому что меня мало интересовало, что он там ест, где спит. Меня интересовало, как он переносит душевную боль…
Как человек может выжить, если ему каждый день вбивают в голову, что он преступник, что он виновен??? Я знала, что он никогда не признается в том, что не делал, но этим накличет еще больше беды на себя. Система должна растоптать человека. Ты не признаешься – значит, нет свидания, не пропустим письма к матери, выбросим письма детей… Ты не имеешь права на помилование, права писать президенту с просьбой о защите, потому что ты не признаешь своей вины.
Я плохая мать, потому что сообщение, что мой сын похудел на 15 килограммов за четыре месяца, меня тоже сильно не встревожило. Я почему-то радовалась тому, что рядом с ним толковые, умные, образованные люди. (Чему тут радоваться в такой ситуации?) Люди, которым он читал посланные мной рассказы, стихи и им было интересно. Почему эти люди там, а не работают на благо страны? Кому они не угодили? Я читала, что в западных странах любому человеку на госслужбе, если у него закралась в делах ошибка, дают три месяца на исправление этой ошибки. Из тюрьмы ничего не исправишь! И тогда закрадывается мысль: да никому не надо, чтобы ошибка была исправлена. Важно другое: надо показать борьбу с коррупцией и т.д.
Мой сыночек, и ты оказался вовлеченным в эти дрязги, и твоя жизнь разрушена, на тебе поставили клеймо преступника. Как это страшно, если речь идет о порядочном человеке, трудолюбивом и опытном работнике. Кому-то в этой жизни перешел дорогу, кому-то твоя честность колола глаза. Как тебе, сынок, тяжело, как болит душа из-за несправедливости. Из-за того, что тебя не хотят слушать, что твоя правда никому не нужна. Держись, дорогой!
Я себя корю за то, что ни разу не поехала к тому зданию, где находится СИЗО. А мне не хочется этого делать. Как не хочется выполнять совет чиновника из Администрации президента: «Изучайте Уголовный кодекс». Я не буду изучать Уголовный кодекс, я не буду плакать перед воротами грозной тюрьмы. Я не хочу все это принимать, я не хочу на это тратить время! Лучше в это время я напишу письмо своему сыну со словами поддержки, ведь он тоже ребенок и ждет от меня ласки, доброго слова. А я не могу его обнять, прижать к груди, защитить…
*Валентина Доморацкая*